Светлана Петровна — классный руководитель 11‑Б, поэтому неудивительно, что у неё на столе лежали документы на новенького. Не знаю, что меня дёрнуло, но, оглянувшись, я открыла первую страницу. Пробежала глазами характеристику с предыдущей школы. Физическое развитие… занятия спортом… склонность к изучению иностранных языков и точных наук (надо же!). И я даже совершенно не удивилась, когда натолкнулась на строку о том, что он в настоящее время состоит на учёте в районном отделении милиции. Причём за разбой! Вот так новости. Берут всяких уголовников в школу, а потом удивляются, что преступность растёт во всех районах. Таких товарищей не то чтобы в одном месте держать надо, их в спецучреждениях содержать должны.
— Всё внимательно изучила? — я вздрогнула и быстро захлопнула папку, а потом обернулась.
Бахурин стоял за спиной в каких‑то паре метров. Судя по всему, он вышел из препараторской, дверь в которую располагалась за учительским столом. И как я только не услышала?
— Может, мне стоило сделать копию и предоставить не только в учебную часть, но и тебе?
«Разбой» — промелькнуло в мозгу, и я сглотнула. Внутри стало очень тревожно, а язык сделался сухим и тяжёлым, чего со мной отродясь не бывало. Но страх перед ненормальными вполне оправдан. Самосохранение ведь так и работает.
— У тебя проблемы с законом, — сама не знаю, зачем сказала я, но постаралась сделать это твёрдо.
— Боишься? — он сделал шаг, оказавшись совсем близко, и хамовато приподнял бровь, сверкнув ярко‑голубыми глазами.
Издевается. Запугивает. Думает, я вот сейчас начну дрожать от страха. Мне, конечно, стало не по себе, но показывать я этого не собиралась.
— Нет, — я сложила руки на груди и крепко сжала зубы, чтобы он не заметил, как я едва вздрогнула. — Просто удостоверилась ещё раз в том, что тебе среди нас и правда не место.
Резким движением поправив ремешок сумки на плече, я решительно направилась к двери, но Бахурин удержал меня за локоть, заставив посмотреть на него.
— Я тебя уже предупреждал. Не нарывайся.
— А то что? — посмотрела в его наглые глаза, презрительно сузив свои.
— Ты правда хочешь узнать?
Да пошёл ты, Бахурин, ещё я перед тобой не расшаркивалась.
Смерив его долгим взглядом, я резко высвободила локоть и ушла не оборачиваясь. Хотя, признаться, внутри ощущала неприятную покалывающую дрожь.
Глава 6
Сегодня замечательная погода. Сентябрь уже третью неделю радует. Солнечно, тепло и сухо. И это замечательно, особенно сегодня, потому что все ученики десятых и одиннадцатых классов школ нашего городка расположились в ближайшем лесочке, где с минуты на минуту начнутся ежегодные соревнования по начальной военной подготовке, которые ещё называют игрой «Зарница». Вообще‑то, после распада союза теперь эти уроки именуются ОБЖ, но преподавать его остался военрук, так что суть сильно не изменилась, судя по всему. Проходят соревнования под патронажем главы города и спонсируются руководством Машзавода.
Обычно это событие все старшеклассники ждут с нетерпением. Кроме самих командных состязаний, чуть позднее, проводятся конкурсы бардовых песен, игры. В этом году, однако, администрацией города было принято решение, что слёт пройдёт без ночёвки. А жаль. В прошлом году мы отлично повеселились.
Но в этом году у меня ещё один повод приехать на соревнования без настроения. Бахурин. Надо же было Виденину свалиться с ангиной за один день до соревнований. Как вообще можно заболеть ангиной в начале сентября, когда на улице плюс двадцать? И вот наш военрук решил заменить его в команде этим. Неужто из двух одиннадцатых и двух десятых классов нельзя было кого‑то ещё выбрать? Команда всего‑то состоит из семи человек. Да и тренировались мы две недели, строевым выхаживали по школьному двору каждый день после уроков, а этот вон он — без единой тренировки. Даже песню нашу строевую не знает. И почему его?
Но уж что есть, то есть. С учителями, особенно с военруком, сильно не поспоришь.
В этом году сильная команда не только в нашей, четвёртой и семнадцатой школах, которые обычно состязаются за призовые места. Пятнадцатая и десятая тоже суперски выступили на строевой подготовке. У них в педагогическом штате нет военруков, и уроки ОБЖ ведут учителя физкультуры. Тем более удивительно, что они так круто стартанули. Мы, конечно, тоже выступили отменно. В этом году командование решили передать Пашке Кутузову, потому что я неожиданно охрипла неделю назад. И горло вроде бы не болело, а голос пропал. Сейчас уже прорезался, но на тренировках нужно громко и чётко отдавать команды, и мне пришлось уступить место ведущего курсанта.