В равнинных районах участки всюду пестрят громадными, прибитыми на столбах щитами с надписями: «Продажа в кредит». Впрочем, некоторые компании-застройщики кредит предлагают только для ветеранов войны. Их в последнюю очередь увольняют с работы, и поэтому погашение кредита более гарантировано.
Подгоняемые спросом и будущими барышами, строительные компании возводят дома-бунгало исключительно быстрыми темпами. На площадках массового строительства индивидуальный дом из блоков возводится меньше чем за час.
Но алчность строительных компаний и их поспешность порой приводят к недосмотрам и несчастным случаям.
Недавно один из наиболее преуспевающих застройщиков пришел в восторг, когда бульдозеры сровняли макушку принадлежащего ему холма, сдвинув массу рыхлой земли во все стороны и тем самым расширив площадь предстоящей застройки почти вдвое. Он построил ряд домов на верхней площадке, а затем и на ярусах. Домики были проданы, владельцы въехали в свои владения, построили плавательные бассейны, развели клумбы.
Вскоре полил дождь. Грунт настолько разрыхлился, что земля вместе с бассейнами поползла по склону, заваливая нижерасположенные участки и заливая дома жидкой грязью.
Пришедшие в полное отчаяние собственники домов оказались без жилья и без земли, а в большинстве случаев и без компенсации.
Мало-мальское проявление индивидуальности в архитектуре здесь доступно лишь богатым. Они могут позволить себе не только строить по индивидуальным проектам, но и гоняться за новейшими модами в архитектуре и строительстве, которые, как и в прочих сферах художественного выражения, порой принимают уродливые, ультрамодернистские формы.
Однако в общем и целом господствующим требованием в местной новейшей архитектуре является все же требование удобства, хотя часто и «подперченное» некоторой излишней экстравагантностью вкусов заказчика.
Представителем стиля модерн в архитектуре является широко известный здесь архитектор Ричард Джозеф Нойтра. Далеко выдающиеся козырьки крыш его домов, плоских и приземистых, почти всегда лишенных овальных линий, можно увидеть на прибрежной ривьере, в каньонах Санта-Моника и на вершинах многих холмов. Обилие стекла и приспособленные к жизни обширные веранды или внутренние дворики, искусно вписанные в окружающую природу — особенности его стиля. Тот факт, что такая конструкция обеспечивает максимум света, не подлежит сомнению. В этом ее преимущество. Однако подчеркнутая угловатость форм при излишнем конструктивизме архитектурной идеи, по нашему мнению, не создает должного уюта.
За позолоченным фасадом
Ошибочно было бы, однако, представлять, что все лос-анжелесцы живут в отдельных, хотя бы стандартных домах. Есть в Лос-Анжелесе обширные районы (старый центр, район Бункер-Хилл, кварталы, населенные неграми и мексиканцами в восточных предместьях города), которых новое строительство коснулось в малой степени. Здесь за увешанными рекламой заборами стоят 3-4-этажные мрачные, закоптелые кирпичные и деревянные постройки, где живут десятки тысяч семей.
Как писали местные газеты, каждый шестой квартирный дом в Лос-Анжелесе не имеет минимальных бытовых удобств.
Лачуги из старых упаковочных ящиков и маленькие гаражи на задворках дают приют тысячам недавно прибывших иммигрантов, еще не нашедших себе работу.
Вот как описывает посещение одной из трущоб Лос-Анжелеса корреспондент американского журнала «Нейшн»:
«В одном из таких деревянных строений я видел единственный бак для горячей воды, обслуживавший около 72 семей. Семьи, состоящие из четырех-пяти человек, готовят, обедают, спят в одной крохотной комнатке. Здесь нет защиты от огня, запасных выходов или огнетушителей. Пожарные вызовы здесь в 2 раза чаще, чем в городе в целом. В другом здании 2 уборные, по одной на каждом этаже, обслуживали 24 семьи…
В центре одной из отвратительнейших трущоб стоит фабрика, которая делает из коровьих хвостов тетиву и волос для подкладки. Машины, нагруженные хвостами, каждый день прибывают с бойни и выгружают свой товар около фабрики. Крысы дерутся из-за отбросов, забавляя хилых детишек, обитателей соседних домов. Микробы инфекционных болезней, переносимые мухами, путешествуют от фабрики к трущобам. Площадка, куда складываются хвосты, часто служит местом для детских игр».
Распространение инфекционных болезней особенно опасно здесь в условиях теплого климата, где они мгновенно могут вызвать страшную эпидемию.