Рассредоточенность свойственна и промышленности Лос-Анжелеса. От центра она распространилась во всех направлениях, особенно вдоль главных железнодорожных линий, поблизости от аэродромов (район Калвер-Сити, Инглвуд и район Бербанка), вокруг порта. До 500 про-мышленных предприятий сосредоточено в Пасадене (электронное оборудование, приборы). Все это привело к потере прежнего значения центра города и даже к его известной деградации.
Одна из улиц Лос-Анжелеса. Фото И. Г. Логуновой
Поскольку центр самая старая часть города, здесь много тесных и старых зданий, требующих капитального ремонта или замены. Отход населения отсюда привел к падению цен на недвижимость, но неспособность и нежелание городских властей решить проблему трущоб и расселения живущих в них людей затрудняет расчистку территории.
Отсутствие места для парковки затрудняет доступ к торговым точкам центра. Магазины скудеют и часто превращаются в дешевые барахолки, а то и совсем закрываются. Даже на фешенебельном бульваре Уилшир на протяжении его «чудо-мили» можно видеть закрытые магазины.
Многие жители Лос-Анжелеса годами не бывают в центре, особенно те, которые живут в богатых районах в долине Сан-Фернандо или на Биверли-Хиллс.
За последнее время власти города пытаются несколько украсить старый центр города. Около единственного в городе 30-этажного белого пирамидального здания городского муниципалитета недавно воздвигнуто из цветного стекла и металла новое модернистское здание полицейского управления, желтовато-коричневое федеральное здание, похожее на спичечную коробку, поставленную на бок, городской госпиталь.
Рядом со зданием полицейского управления обращает на себя внимание и вызывает недоумение установленное на пьедестале «нечто», напоминающее очищенную от известки металлическую арматуру. Поначалу мы так и решили.
Однако подойдя ближе, мы увидели длинные куски металла с шероховатой поверхностью, выкрашенные черной краской. Верхние концы их венчали круглые набалдашники величиной со среднее яблоко.
Как нам объяснили, круглые набалдашники изображали человеческие головы, а вся кучка металлического лома, поставленного на пьедестал, носила название «Американская семья».
Мы не стали спорить по поводу того, насколько близко круглые бронзовые набалдашники отображали человеческие головы. Но нам хотелось бы рассказать о том споре, который разгорелся вокруг этой статуи среди привыкших к излишней экстравагантности лосанжелесцев.
Еще до официального открытия памятника в городской муниципалитет стали поступать письма с протестами против появления на площади этого «безликого чудовища». Многие горожане даже пытались организовать сбор 10 тыс. долларов для передачи автору скульптуры, чтобы откупиться и убрать статую.
В городском собрании серьезно дебатировался вопрос об общественном референдуме по поводу статуи.
Один рабочий-строитель, работавший поблизости, объяснил нам, что статуя была отлита автором прямо на месте установки, а затем закутана тряпьем, чтобы обезопасить ее от случайной или умышленной поломки. Автор заявил, что статуя будет оставаться завернутой до тех пор, пока полиция не переедет в новое здание. Как только здание станет официально полицейским управлением, поблизости будет достаточно полицейских, чтобы защитить ее.
Один остроумный корреспондент, чтобы покончить со спорами, предложил на абстракционистское изображение американской семьи навесить полицейские бляхи. Тогда скульптура моментально приобретет реалистический характер, и споры прекратятся.
Поскольку в годы наиболее интенсивного строительства центр Лос-Анджелеса потерял свое значение магнита, к которому тяготеет население, и строительство широко и беспорядочно двинулось в пригороды, все время выходя за официальную городскую черту, фактический город и административный город стали понятиями, резко отличающимися друг от друга. В 1960 году в административном Лос-Анжелесе было около 2,5 млн. жителей, а в фактическом почти 7 млн.
За последнее время одновременно с появлением новых районов застройки наблюдалась тенденция отдельных пригородов к достижению ими большей экономической независимости от других районов. Это, в свою очередь, по-родило любопытное явление — стремление таких пригородов к выделению в самостоятельные в административном отношении городские единицы, к образованию городов-спутников. Такое стремление вызывается желанием избавить себя от поглощения городом-метрополией. Самостоятельные пригороды оказываются в более благоприятном налоговом положении, поскольку они не участвуют в расходах на общегородские нужды. Многие города-спутники заключают с Лос-Анжелесом субконтракты, по которым сами нанимают полицию, осуществляют техническое поддержание дорог и зданий. Расходы оплачиваются из бюджета графства.