Рыболовецкая пристань была построена на средства штата около 80 лет тому назад и мыслилась как место выгрузки рыбного улова. Среди рыболовов преобладали греки, китайцы, скандинавы, португальцы и итальянцы. Не случайно район, примыкающий к пристани, называется Латинским кварталом.
На пристани многолюдно. Пахнет рыбой и морскими водорослями. Цена на рыбные продукты здесь ниже, чем в городе, и поэтому сюда стекаются жены рабочих и низкооплачиваемых служащих, для которых разница в несколько десятков центов уже существенна.
Заходим в помещение под широким деревянным навесом. Вдоль стен тянутся выложенные из кирпича прилавки с весами и аккуратными рядами красных раков, розовых, увитых клешнями крабов, с противнями, полными креветок и устриц в ракушках. Рядом громадный глиняный чан с кипящей водой. Продавец тут же лопаткой, напоминающей теннисную ракетку, вылавливает из чана новую порцию.
Если вы приезжий, продавец предложит вам, помимо рыбных продуктов, диски для стереоскопа, авторучку с секретом или гуттаперчевого негритенка. Все для туристов!
Мы могли бы еще долго наблюдать шумную и неугомонную жизнь этого своеобразного уголка, если бы в разгар нашего разговора с небольшой группой рыбаков один из них вдруг не прервал соседа на полуслове и не подал знак помолчать. В наступившей тишине все мы услышали протяжный гудок, похожий на отдаленный звук пастушьего рожка.
По лицам рыбаков пробежала тревога. Мы попросили объяснения. Нам сказали, что это горн, предупреждающий о приближении тумана. Туман здесь опускается, вернее, приносится с океана свежими морскими бризами, чаще всего летом. Образуется он от смешения теплого и холодного потоков воздуха.
Туман в жизни Сан-Франциско немаловажное событие.
Историки, например, серьезно утверждают, что именно туман был причиной того, что открытие Сан-Францисской бухты исторически отодвинулось на 200 лет, поскольку Френсис Дрейк, плававший у берегов Калифорнии в конце XVI века, не обнаружил Золотых ворот, скрытых в то время туманом.
Немало случалось здесь морских катастроф. Самая крупная из них произошла в 1901 году, когда пароход «Рио-де-Жанейро», попав в густой туман, натолкнулся на риф Форт Пойнт в нескольких метрах южнее Золотых ворот. Тогда погиб 131 пассажир.
Нам стали понятны встревоженные лица старых рыбаков. Для них туман означал самые непредвиденные неприятности на море. И хотя рыбаки сами были на берегу и их белые шхуны мирно дремали на приколе, тревога рыбаков, очевидно в силу исконной морской солидарности, от этого нисколько не уменьшалась.
Но и на суше туман приносил немало забот.
Забитые машинами шоссе превращаются в желто-красный световой кошмар. Фары зажигаются на полную мощь. Всюду горят предупредительные красные сигналы.
Дома наполняются сыростью, белье не сохнет. Детей не пускают гулять на улицу.
Когда мы снова поднялись на Русский холм по дороге в отель, серые языки тумана уже обволокли гранитные скалы графства Марин, проникли через Золотые ворота в залив и стали медленно карабкаться на зеленые холмы Президио. Вскоре они подступили к Ноб-Хиллс, перевалили через возвышенность, скрыв от нас высоченный отель «Марк Гопкинс», и подошли вплотную к нам. Еще минута, и все кругом заволокло густой сероватой пеленой. Пахнуло сыростью. Сырость принесла с собой запах моря и горящих в каминах дров.
Потемнело. Зажглись и засветились тусклыми, расплывающимися бликами неоновые рекламы. Город постепенно опустел.
«Империя красного дерева». Глен Эллен. Форт Росс
Когда мы вернулись в отель, портье вместе с ключами от комнат передал записку. Она была подписана неким господином Франчелли. Мы бегло прочитали ее. Как оказалось, наш знакомый, преподаватель музыки, очень извинялся, что дела отвлекли его и не дали возможности еще раз встретиться с нами в течение прошлой недели. В конце сообщалось, что у него есть заманчивое для нас предложение и что он будет звонить сегодня вечером.
Действительно, вечером раздался звонок и в трубке послышался знакомый голос.
Г-н Франчелли еще раз повторил свои извинения, осведомился о нашем впечатлении от города, а затем предложил назавтра, в воскресенье, отправиться вместе с ним и его супругой в «Империю красного дерева».