Вот тогда, в больничном же коридоре, и пересеклись их с Дмитрием пути.
Он навещал одного из своих ребят, раненого при нападении на один из клубов, принадлежавших Нечаеву, а Нина сидела и рыдала.
Тогда её маму только прооперировали, всё прошло даже лучше, чем планировалось и когда доктор сообщил ей об этом её и прорвало. Видимо нервное напряжение и стресс нашли выход именно таким образом.
Она всё никак не могла поверить, что опасность с мамой миновала и теперь её жизни не угрожает ничто. Что всё наконец закончилось.
Доктор посадил рыдающую Нину на стул в коридоре и велел медсестре срочно принести успокоительное. Сам же вынужденно побежал на обход, перед этим попытавшись словами и объятиями девушку успокоить.
И вот пока Нина рыдала и ждала медсестру по коридору и проходил Нечаев со своими "сотрудниками", а по-простому – бойцами, и не смог не остановиться, увидев красивую, плачущую девушку.
Нина даже не сразу и заметила, что к ней кто-то подсел. И лишь когда услышала раздавшийся рядом незнакомый мужской голос поняла, что не одна.
- Девушка, что случилось? Помощь нужна?
Нина так испугалась, что тут же начала успокаиваться. Вытерла слезы и с удивлением уставилась на сидящего на соседнем стуле мужчину.
Было видно, что он очень богат. Хорошие и дорогие костюм, рубашка и ботинки. А уж в этом Нина точно знала толк. За что спасибо маме. Обратив внимание на его запястье, она обнаружила на нём и дорогие часы. По возрасту он явно был близок с её папой - пятьдесят с небольшим. Выглядел очень солидно и ухоженно. Явно не избегал и спортзала. Правда был лысым, и нос, и рот, почему-то, были не совсем ровными. Дорогой парфюм завершал его образ. Он слегка улыбнулся девушке, и она не смогла не ответить. Ведь его очень добрые голубые глаза буквально кричали о том, что ему можно доверять. Нина решила, что, наверное, спортсмен после травмы решивший уйти в бизнес. Ну или ставший очень востребованным и получающим хорошую зарплату тренером. Её немного испугал вид находившихся по близости и явно его сопровождающих ребят-амбалов. Но она решила, что это – его охрана. Ведь они все, как один, были накаченные, высокие, одеты в белые рубашки и черные костюмы. А ещё они очень внимательно следили за всем происходящим вокруг. Хотя что могло произойти в коридоре обычной московской больницы Нина хоть убей понять не могла. Она вообще с трудом тогда соображала. Но даже в таком состоянии была очень удивлена нахождению человека подобного материального положения и круга в таком месте. Такие явно лечатся в других местах и у других врачей. Тут незнакомец заговорил снова.
- Ну хотя бы успокоилась. – улыбнулся он. – Так что случилось-то?
Нина решила, что не ответить будет просто не прилично. Тем более он был очень любезен.
- Всё в порядке, спасибо вам огромное за участие.
Мужчина с интересом посмотрел на девушку и слегка откинулся на стуле.
- Ага, и плачете наверняка от счастья.
Нина даже улыбнулась и вытерла остатки слёз.
- Не поверите, но именно так. Просто маме сделали операцию на сердце очень удачно, вот я и радуюсь. А это, - Нина, показала на щеки и глаза - видимо просто стресс и нервы.
- Ах, так вон оно в чём дело! Тогда это, действительно, повод поплакать от счастья. – незнакомец снова улыбнулся. – Просто я-то решил, что кто-то умер или у вас самой что-то нашли серьёзное и не смог мимо пройти. Вы так рыдали.
- Спасибо вам ещё раз большое за участие.
- Да ну что вы. Это же нормальное поведение для любого человека…
Закончить мысль он не успел, так как к ним подбежала медсестра, держа в руках стаканчик с какой-то жидкостью. Она начала протягивать его Нине и только хотела что-то сказать, как увидела мужчину и испуганно замерла. Его охрана сразу же напряглась и начала приближаться. Но он движением руки остановил их и строго и изучающе посмотрел на подошедшую. Та отмерла, наконец, и протянула Нине принесенный стакан.
И тут незнакомец неожиданно встал и буквально выхватил у испуганной медсестры стакан.
- Что это? – почти сердито спросил он.
- Успокоительно для Нины. – буквально заикаясь ответила та и вжала голову в плечи. – Григорий Александрович велел…
- Хорошо. – уже более спокойно ответил он. – Можешь идти, Маш. И не забудь про своего главного пациента.
- Конечно, Дмитрий Владимирович. Вы же знаете, что в нашей клинике…
- Маша, я сказал иди, а не языком мели. Что не понятно?