Ямочки. У него на щеках ямочки.
Выгибаю бровь и хитро улыбаюсь, копируя его. Что-то мало похоже на правду. По работе шутом?
— Зашёл убедиться в том, что все работники нашего издательства компетентно выполняют свою работу, — добавляет он.
Интересно.
— Какого издательства? — вроде бы, эта версия похожа на правду. Но только чуть-чуть.
— А ты угадай, — говорит Ллойд с улыбкой чеширского кота, подходя ко мне.
На этот раз мои брови взлетают вверх. Игры в угадайку? Что ж, я с детьми работаю, ему в этой игре меня не переплюнуть. А нынешняя ситуация продолжает веселить.
— Не удивлюсь, если ты из издательства Liberti, — и тут уже его брови взлетают вверх, отчего моя улыбка становится шире.
— Почему это? — неуверенно спрашивает мужчина, пытаясь вернуть прежнюю расслабленность.
— Потому что, прежде чем выпускать огромные тиражи распиаренных книг, — поворачиваюсь к стеллажу, снова проводя по корешкам пальцами свободной руки, останавливаясь на нужной, — нужно хотя бы отредактировать текст, а потом снова проверить на наличие ошибок.
Мне немного странно и страшно, что я смело тыкаю носом в не самой тактичной форме сотруднику издательства, при этом понятия не имея, какой именно это сотрудник и что мне за это будет. Но, с другой стороны, я просто высказываю своё мнение.
Открываю нужную мне книгу сразу в конце, потому что именно там по две ошибки на каждой странице, от которых у меня кровь из глаз шла, и протягиваю Ллойду.
— А вообще дай мне ручку и листик, я напишу списочек, — довольная произношу и подмигиваю, — хотя просто лучше адрес электронной почты.
И он снова в приступе ступора. Боги, с каждой минутой мне становится всё веселее и веселее.
— Буду благодарен, — вновь натягивает на лицо ухмылку и, закрывая книгу, кладёт её на прежнее место. — Куда записать тебе адрес?
Собираюсь язвительно ответить, но меня прерывает крик ребёнка, который разносится по всему книжному магазину.
— Тея! Тея! — и через пару секунд в меня врезается пятилетняя девочка, которую, конечно, я сразу узнаю.
— Привет, солнце, — разворачиваясь, опускаюсь на колени и обнимаю свою ученицу.
Перевожу взгляд за её спину, чтобы найти родителей. Уж явно она не одна тут гуляет. Вижу маму, на руках которой второй годовалый ребёнок, она хаотично машет мне руками, показывая, чтобы я пару минут присмотрела за Мией. Одобрительно киваю и перевожу взгляд на малышку.
— А это твой муж? — Мия, зря времени не теряя, сразу задаёт интересующий её вопрос.
Также сидя на коленях, молясь о сохранении чистоты своих белых штанов, через плечо оглядываюсь назад на Ллойда, который (зачем-то) подходит чуть ближе и опускается на колени рядом со мной.
— Нет, это э-э-э-э, — мой мозг притормаживает, — знакомый.
Мию этот ответ не устраивает, поэтому она задаёт следующий вопрос:
— Значит, твой будущий муж? Тея, почему ты мне не сказаа? Как тебя зовут? — она переводит внимание на Ллойда.
Мужчина, сидящий рядом со мной, аж опешивает от её многовопросности. Я-то уже привыкла к этому вихрю мыслей, которые меняются у детей со скоростью света.
— Ллойд, рад познако… — он протягивает ей ладонь, но Мия не даёт ему продолжить.
— Уойд!
О, его имя идеально подходит прямо сейчас. Потому что мы с этой малышкой как раз-таки учимся, точнее, я её учу правильно проговаривать звук [л] в словах. Конечно, изначально это кажется таким простым – скажи звук, что тут сложного. Но на самом деле, там такая ювелирная работа, что некоторым и года будет мало, чтобы научиться правильно разговаривать.
— Стоп, Мия, — хоть я и не на работе, но напомню ей то, что мы проходим на занятиях, ну и заодно повыпенрдиваюсь перед работником издательства. — Как гудит пароход?
Она со всей сосредоточенностью прикусывает кончик языка, создавая нужный звук, потому что правильно произносить его ещё не умеет. Почему пароход? Это ассоциация нужного звука. И у каждого она своя.
— Л-л-л-л-л-л-л-л, — со всей сосредоточенностью начинает «гудеть» Мия, а глазки бегают от меня, затем к мужчине, затем снова на меня. Она прекращает и на несколько секунд слышен смех, после моей похвалы. А сам работник издательства с восхищением наблюдает за всей картиной.