Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.
Получается… из-за этого я накручиваю себя сильнее, чем обычно? Из-за этого мои страхи взяли вверх надо мной? И я рассталась с Ллойдом… ах!
Ллойд.
Сдерживаю рыдания и начинаю глубоко дышать, чтобы более-менее прийти в себя.
Я не могу сейчас нормально думать. Не после этих эмоциональных качелей, которые я устроила сегодня Ллойду. Не после новости, которая разбивает всю мою жизнь на до и после.
— Тея, ты в порядке? — несколько стуков в дверь возвращают меня в реальность, не давая полностью тонуть в своих мыслях.
— Д-да, — стараюсь сделать голос нормальным, но, конечно, дрожь не собирается прятаться.
— Ты плачешь? — взволнованно спрашивает Фокси через запертую дверь.
— Й-я… — пытаюсь подобрать очередную отмазку, — ударилась головой об угол шкафчика. Было больно.
Вытираю слёзы рукавами толстовки и снова поднимаюсь на ноги. В отражение даже смотреть не хочу. Сворачиваю тесты в полотенце и отправляю в корзину для грязного белья. Фокси всё равно стиркой никогда не занимается, поэтому чуть позже выброшу эти пластмасски.
— Сделаешь мне чай?
— Хорошо, — произносит Фокси, и я слышу отдаляющиеся шаги.
Так, Тея, соберись.
Нужно ни о чём сейчас не думать.
Ну, да, конечно. Это же так просто.
Сейчас самым лучшим решением будет просто лечь спать. И утром со свежей головой (насколько это возможно) всё обдумать.
Мысленно киваю себе и выхожу из ванной.
Следующий час мы с Фокси берём чай и сладкие вкусности, которые находим в кухонных шкафчиках, и смотрим фильм «Золушка» на большом диване.
Малышка не задаёт вопросов, но беспокойство на её лице читается с лёгкостью. А мне чудом удаётся думать только о фильме… лишь иногда прерываясь на свои мысли. Глаза щиплет от усталости, и я случайно засыпаю. И замечаю это, когда Фокси будит меня в конце фильма и отправляет в свою комнату.
Утром же я не чувствую себя выспавшейся или отдохнувшей. Разлепляя глаза, каждая клеточка моего тела говорит о том, что я полностью раздавлена.
Пока все воспоминания вчерашнего дня не успевают накинуться на меня, я автоматически проверяю телефон и открываю сообщения от Ллойда. И только спустя секунду всё-таки все события ударяют в голову.
Буква Ллойд: я буду твоей гарантией
Буква Ллойд: и не верю, что у нас всё получится
Буква Ллойд: я знаю это
Буква Ллойд: пожалуйста, давай поговорим
И от каждой буквы этого сообщения сжимается сердце.
Если бы ты знал, насколько сейчас всё усложнилось.
Из-за моей ошибки. И моей невнимательности.
Чувствую себя ужасно, но не отвечаю на сообщения.
Я беременна.
Чёрт возьми.
Оставляю телефон на тумбочке и ложусь на спину, направляя взгляд в пустоту. Руки сами тянутся под пижамную майку, гладя пальцами кожу живота.
— Я никогда не был против семьи. Мои родители всегда были хорошим примером, поэтому иметь своего ребёнка, свою семью — я хотел. — Сказал тогда Ллойд, раскрывая болезненную историю его прошлого.
Но это было тогда. И они жили с Лейлой почти год? А мы знакомы чуть больше нескольких месяцев. А здесь я просто оплошала с таблетками.
Кстати, о них.
Перекатываюсь на кровати к нужной тумбочке и открываю нижний ящик, где замечаю несколько упаковок с таблетками. И оказываюсь права. Эти пластинки незначительно отличаются формной таблеток и переливающимся названием на обратной стороне.
На самом деле, нет смысла уже гадать – когда и в какой момент я перепутала упаковки. Факт сейчас в том, что противозачаточные я не принимаю уже примерно месяц. И, вероятно, беременна как несколько недель. А это значит, что… во мне уже растёт ребёнок.
Господи, ребёнок. Растёт во мне.
Нет, конечно, я думала об этом, но… это казалось чем-то невозможным и нереальным. Когда я выйду замуж, и мы будем жить в большом доме с лабрадором — вот тогда… а не так.