— Мия, я скажу, а ты за мной повтори, — малышка несколько раз кивает, — Л-л-л-лойд, — специально протягиваю звук, чтобы она не забыла про него.
— Уойд! — всё-таки Мия забывает, но не страшно, используем ещё попытку.
Улыбаясь, бросаю быстрый взгляд на Ллойда, который всё с таким же восхищением наблюдает за нами. Конечно, это вам не ошибки в книжках допускать.
Поднимаю палец к своему подбородку, акцентируя внимание Мии на том, где должен находиться язычок, чтобы она снова не забыла произнести нужный звук.
— Л-л-л-лойд, — вновь произношу я, всё также держа палец на подбородке.
— Л-л-л-лойд! — победно улыбаюсь, и мы с Мией соприкасаемся ладонями в победной пятёрке. Она снова заливисто смеётся, когда и сам Ллойд протягивает ей ладонь для хлопка.
— Мия, а скажи, кем Тея работает? — снова эта хитрость в его взгляде. Уверена, он же уже понял, кем я работаю.
Она неуверенно переводит взгляд на меня, я поднимаю палец снова к подбородку, малышка уверенно кивает и произносит:
— Л-л-л-логопедом!
Я, удовлетворенная её успехами, шумно выдыхаю, а Мия довольная несколько раз подпрыгивает и хлопает в ладошки.
— Тея, спасибо большое, Амина никак не хотела успокаиваться, — произносит только что подошедшая мама Мии.
— Всегда пожалуйста, — наконец-то поднимаюсь с колен, Ллойд повторяет те же действия.
Мия берет свою маму за руку, и они направляются к выходу, но малышка на миг разворачивается и выкрикивает:
— Я тебя люблю, Тея! Л-л-л-лойд, пока! — мы все усмехаемся, затем я посылаю Мии воздушный поцелуй, а мужчина машет рукой.
— Почему она «люблю» сказала так легко, а моё имя с трудом выговорила? — озадаченно поворачивается ко мне Ллойд.
— Потому что это два разных звука, — воодушевлённо отвечаю, — твердый [л] и мягкий [ль]. Это у вас в издательствах все буквы одинаково пишутся. А при произношении – они разные.
— При произношении разные буквы?
— Нет, нет, — улыбаюсь оттого, что абсолютно каждый человек не различает эти понятия, собственно, не будь я логопедом, тоже бы не понимала разницы. — Звуки — мы говорим и слышим, буквы — видим и пишем.
Ллойд на несколько секунд задумывается, переваривая информацию, и меня греет осознание того, что его это как-то заинтересовало. Он спрашивает непросто, чтобы спросить.
— Значит, я буква, а ты звук, — подытоживает мужчина, удивляя меня, — в издательстве в основном писанина, а ты много говоришь.
— Ну-у-у, — немного протягиваю, в этот раз я перевариваю его фразу и с легкой усмешкой продолжаю, — получается, так.
— А с тем собеседованием… ты так и не пошла? — не сразу понимаю о чём он говорит. Поэтому простою пялюсь на него с недоумением.
— Тогда, когда ты… Когда я тебя…
— А, поняла, — я вспоминаю, несмотря на его вновь несвязную речь. — Нет, не пошла.
— Всё из-за той же ситуации? — осторожно произносит Ллойд. И снова меня забавляет эта ситуация.
— Не только из-за твоего кофейного фейерверка, — он усмехается. — Просто не захотела. И все обстоятельства этому поспособствовали.
Это так и есть. Я не особо туда хотела. Моя душа кричала – нет, тебе туда не нужно, ты там перегоришь. А вот разум и реальность говорили – там стабильная зарплата, иди.
Поэтому я сейчас там, где и была. Работаю с детьми на частной основе, а также несколько дней в неделю в частном развивающем центре. И рабочий день мой начинается во второй половине дня, когда дети возвращаются из детских садов. В принципе, всё неплохо. Но скоро еще более жаркий сезон, когда многие соберутся в отпуска. А значит, моя работа соберется туда же. Это невыгодное для меня положение. Но и не тема для обдумывания прямо сейчас.
— И всё-таки позволь мне снова извиниться и купить тебе новую книгу, взамен испорченной, — он указывает на книгу, всё ещё находящийся в руке.
— Даже если бы я и согласилась, её просто так и не купишь, — обреченно выдыхаю и развожу руками. — Это подарочное издание, тираж был маленький и продавались они только по предзаказу и циклом сразу. Думаю, ты знаешь, какие заморочки с такими эксклюзивами.