— Да уж, — он проводит рукой по волосам, явно не ожидавший такого поворот событий. — Тогда выбирай любую другую.
И снова на его лице расцветает улыбка, а в глазах разливается бескрайняя синева. Вот в этот раз застываю я.
Нет. Мне такое нельзя предлагать. Это как положить перед котом сосиску и сказать — не ешь. Чёрт.
— Ллойд, спасибо, — я успеваю заметить нотку облегчения в его взгляде, которая тут же гаснет. — Но не нужно, правда.
— Я провинился, — он жестом указывает на книгу, — я хочу извиниться, — жестом указывает на себя, — и ничего больше.
Какое же соблазнительное это предложение. Халявная книга. Ещё бы. Заслуженная халявная книга. Заслуженная моими страданиями халявная книга.
Но, как бы, это предложение от мужчины, который дважды обливал меня кофе.
Хотя, с другой стороны, это и будет искуплением его вины.
А, можно, мне судьба подкинет какой-то знак - как правильнее поступить? Сама я что-то не справляюсь. Даже в таких мелочных вопросах.
Когда я уже собираюсь согласиться на это очень приятное предложение, то нас прерывают. Снова. Оба наши телефона начинают звонить, нарушая книжную тишину. На экране высвечивается «Фокси».
— Тея, честное слово, я ничего не трогала, — так, мне не нравится этот тон. А Ллойд просто убирает телефон на тишину, продолжая наблюдать за мной.
— Тут… э-э-э… — что же моя подопечная уже натворила.
— Фокси, что случилось?
— У нас, похоже, посудомойка сломалась
— В смысле сломалась? — только этого мне сейчас не хватало.
— Она тут… не выключается. И течёт.
Спасибо, судьба, большое. Можно было и другой знак прислать. Я бы и так от книги отказалась.
Отрываю телефон от уха, чтобы посмотреть на время.
— Всё в порядке? — это уже спрашивает Ллойд.
— Не совсем, — отстраненно отвечаю ему.
Пытаюсь быстро составить план ближайших действий, при этом не паникуя. Надеюсь, там ничего серьёзного. И новая уж точно не нужна будет. Я ничего не понимаю в ремонте таких штук, как и в вызывании нужных ремонтников.
— Я буду через минут двадцать, — отвечаю Фокси, засовывая книгу в шоппер. Если запачкается, что уж поделать. А ещё сегодня я решила прогуляться пешком, поэтому машина осталась возле дома. Получается, сейчас у меня будет лёгкая пробежка. К тому же, у меня ещё есть пара свободных часов перед началом работы.
— Я могу чем-то помочь? — Ллойд идёт следом.
Ой, я почти успеваю про него забыть.
— Нет, спасибо, — улыбаюсь и разворачиваюсь к нему, — в этот раз мне и правда нужно лететь. Рада была познакомиться.
Быстро произношу, разворачиваясь, и спешно шагаю в нужном мне направлении.
— Всё-таки рада? — вслед выкрикивает Ллойд.
— Не от всего сердца, — на полуобороте отвечаю, снова улыбнувшись.
Глава 9
Теона
Да уж. Ну и денёк.
После которого мне нужно что? Правильно, витамин — успокоин. А он содержится в белом сухом и компании моей подруги Амелии. Даже не заезжая домой после работы, я сразу направляюсь к её дому, предварительно написав сообщение о времени, в течении которого буду, и фото двух бутылок вина.
Моя тренер меня за это не похвалит. Зато похвалит моё моральное состояние. Оно пытается дружить с физическим, не идеально получается, конечно. Но я стараюсь. Всегда стараюсь.
Сегодня вечером Амелии будет очень весело. От всего того цирка, что творился днём.
Наверное, юмор и любовь к белому сухому – одни из немногих вещей, в которых у нас схожи вкусы. В остальном же мы совершенно разные. А самое ироничное, что, познакомившись в общежитии, куда нас заселили в одну комнату на первом курсе, мы на дух не переносили друг друга.
Амелия считала меня легкомысленной сучкой с завышенным эго, в то время, как я пыталась быть с ней милой и проявляла инициативы в общении. И мы несколько месяцев перекидывались парочками бытовых фраз, но в большинстве случаев Ами меня игнорировала. Не скажу, что было очень обидно, но хотелось бы иметь не напряженные отношения с соседкой по комнате.
Как сейчас помню момент, когда я увидела, что девушка смотрит сериал «Энн» и попыталась снова протянуть нити доброжелательного общения, и в этот раз попытка удалась. Мы тогда всю ночь смотрели сериал про рыжую девочку (Ами впервые, а я пересматривала), комментировали и искрили шутками, несмотря на то, что утром у обеих была учебная запара. Та ночь стала началом нечто большего, чем дружба.