В ответ она лишь начинает громко смеяться, берёт меня за руку и ведет к нашему столу, а я не понимаю, насколько серьёзны её слова.
— Шучу, конечно, Ллойд, — Тея вновь заливается смехом, а я уже представил, что она действительно без нижнего белья.
Глава 35
Теона
Обожаю смущать этого вечнососредочоенного мужчину. Как и, собственно, сейчас, он ватный садится рядом на мягкий диванчик.
Дыхание уже приходит в норму, но последствия эмоционального выплеска искрятся внутри. Я не ожидала такой выходки от Амелии, как не ожидала ничего подобного от себя. Самое дискомфортное в этой ситуации не вызывающий монолог подруги, а то, что всё это было в присутствии Ллойда и Нейта.
Я оказываюсь между двумя мужчинами, а Амелия убегает в туалет, потому что под конец танца у неё расстегнулся лифчик. Я считаю, это карма. У меня, слава богам, ничего не расстегнулось. Даже с этой юбкой всё было приличной скрыто. Надеюсь.
Пока я пытаюсь утихомирить внутренний огонь, беру руками сразу два сырных шарика и закидываю в рот. С полными щеками довольная жую их, пока две пары глаз с двух сторон удивленно на меня смотрят. На секунду перестаю жевать, смотря по очереди на каждого, а потом беру в руки бокал Ллойда, потому что мой пустой.
— Что? — не очень культурно говорить с набитым ртом, но я не понимаю, почему двое мужчин на меня так уставились.
— И всё? — не выдерживает Нейт, а в ответ я лишь удивленно поднимаю брови. — Никаких скандалов? Никаких слёз? Никаких «мы больше не подруги»?
Хмурюсь, переводя взгляд на Ллойда, но тот лишь туманно смотрит на меня, вероятно, до сих пор думает о том, что я сказала на счёт нижнего белья.
Прежде чем говорить, я решаю прожевать всё, что находится во рту, пока Нейт выжидающе смотрит на меня и ждёт ответа. Специально медленно отпиваю глоток из бокала и резко кривлюсь, потому что виски-то не разбавленный, какой я не пью обычно. Ллойд тепло усмехается, а его друг покорно ждёт.
— На правду, вообще-то, не обижаются, — я беру салфетку и подношу к губам, слегка проводя по ним. — Просто часто её неприятно слышать, потому что она больно бьёт.
Я тянусь к бокалу Ами, но только для того, чтобы проверить свою теорию.
— К тому же, что я сделаю с тем фактом, что конченный бывший и правда меня бил, — спокойно пожимаю плечами, а вот мужчины молчат. — Но только потому, что он неадекватный, завистливый, недалёкий, слабовольный, тупой придурок, который пытался так самоутвердиться за мой счёт. А не потому, что я сделала что-то не так.
На Ллойда мне даже смотреть не нужно, чтобы понять, что он неслабо напрягается после моих слов. Делаю глоток из бокала Ами, убеждаюсь, что моя теория правдива и придвигаюсь ближе к Ллойду. Двумя руками обхватываю его за пояс, а голову кладу на грудь, чтобы его ярость не распалялась ярче. Он обнимает меня в ответ, но даже Нейт не издаёт обычных шуточек.
— Кхм, — появившаяся Амелия становится перед нами, сцепив руки в замки, поднимает голову и, выдохнув, начинает говорить, — хочу извиниться за то, что наговорила всё это при вас, — она указывает на мужчин, затем на меня. — Но за свои слова извиняться не стану, потому что ты знаешь, что всё это правда.
Мой опыт с напитком Ами показал, что в нём размешана текила, а от этой жидкости у подруги часто сносит крышу. Ну, собственно, что недавно она и продемонстрировала. Из-за этого факта я меньше злюсь на подругу, но мне всё еще неприятно, что Ллойд и Нейт теперь знают о не самой приятной части моего прошлого.
Амелия выжидающе смотрит на меня, а я в ответ лишь хитро улыбаюсь. Она знает, что это означает.
— С меня вино? — подруга неуверенно накидывает первый вариант, но реакции моей не замечает, поэтому продолжает. — Месяц? — это мне нравится больше, поэтому я лишь наклоняю голову вбок. — И книга.
Девушка с поражением опускается на мягкое сидение, а я вскидываю руки, выкрикивая победные словечки. Чувствую, как Ллойд начинает смеяться, и мы подхватываем эту волну.
— Ллойд, никогда с ней не ссорься, — говорит Нейт, отчего вызывает мой новый приступ смеха, — Тея, твоим взглядом можно заморозить, не смотри так больше никогда.
После последних слов Нейта, Ллойд аккуратно накрывает ладонью мои глаза, но не прекращает смеяться.