Потому что сейчас Ллойд тянет вниз застежку моего топа на спине, пока вторая томно поглаживает задницу, забираясь под юбку и касаясь раскаленной кожи. Опускаю руки, нахожу ремень его светлых брюк и с лёгкостью расстёгиваю. Тянусь к пуговице, но в этот момент мужчина начинает стягивать с меня ненужную ткань, отбрасывая куда-то в сторону.
Квартиру освещает лишь свет уличных фонарей, но та синяя искра, что видна в глазах Ллойда заменит и тысячи лампочек. Он жадно блуждает взглядом по тому, что было скрыто под топом, но всё ещё скрыто лифчиком, и проводит языком по верхней губе.
Ллойд не видит ту дрожь, что диким цунами проносится по мне, потому что в ответ я дарю лишь улыбку. Которая ему нравится, и мужчина вновь приближается, касаясь кубами шеи. Но лишь на мгновение.
Спустя ещё одно, Ллойд пальцами проводит по моему животу, цепляясь за резинку юбки и тянет её вниз, сразу захватывая трусики.
Поднимаясь, он вызывает раздражение тем, что сам находится в одежде. Делаю шаг и тянусь к пуговицам рубашки, которые ещё не успела расстегнуть, а Ллойд нагло улыбается и с удовольствием наблюдает за этими движениями. Из-за моих удлинённых ногтей, темноты и туманности взгляда, маленькие круглые штучки не хотят поддаваться моим приказам, на что мужчина снова усмехается. Поднимаю горящий взгляд, встречаясь с его бушующим морем, и резко распахиваю рубашку.
Помимо стука оторвавшихся пуговиц о пол, в пространстве разносится его чёртов бархатный смех. Рубашка тоже улетает куда-то, когда я добираюсь до пуговицы штанов и рывком расстёгиваю её, следом расправляясь с ширинкой. Но снять с себя штаны Ллойд не позволяет. Он перехватывает мои руки, переплетая пальцы и заводя их за спину.
Снова мужчина заставляет куда-то идти, но, спустя мгновение, Ллойд подхватывает меня, сразу опуская на поверхность каменного островка. Он устраивается между ног, находя пальцами клитор, пока я цепляюсь за его плечи, издавая глубокий стон, и запрокидываю голову назад. Касания его пальцев заставляют сдаваться и умолять о большем прямо сейчас.
Второй рукой Ллойд находит застёжку лифчика, а мне всё-таки удаётся ногами потянуть вниз его штаны вместе с боксерами, которые с лёгкостью соскальзывают к полу.
Не представляю, как потом мы будем искать одежду. Не понимаю, как мужчина на меня воздействует, что даже комплексы затихают в его присутствии. Неидеальные ямочки на бёдрах, тонкие растяжки на животе, неупругая грудь – всё это забывается от одного его взгляда, который показывает, как он меня хочет.
Откидывая лифчик, мужчина губами всасывает сосок, пока рукой всё ещё медленно дразнит самую чувствительную часть. Пальцами вожу по его замученным мной волосам, невероятно стальным мышцам, дразнящей татуировке, непроизвольно впиваясь ногтями в гладкую кожу, когда удовольствие импульсами пронзает тело.
Ллойд отстраняется, а тело протестует, желая сладостного продолжения. Он опускается и спустя секунды между пальцами протягивает блестящий в свете луны квадратик. Мужчина подносит его к моим губам, не отрывая дьявольского взгляда. Нагло ухмыляясь в ответ, зажимаю между зубами край презерватива, и Ллойд тянет его на себя, разрывая упаковку, и при этом мучительно зажимает мой сосок. Размыкая зубы от резкого стона, часть упаковки просто улетает куда-то вниз.
— Хорошая девочка, — шепчет Ллойд, а я лишь невольно всхлипываю и согласно киваю, не в состоянии нормально мыслить и сгорая от желания скорее почувствовать его в себе.
— Пожалуйста… — скулю, притягивая его ближе за шею.
— Что «пожалуйста»? — издевается мой объект желаний, лениво касаясь клитора пальцами и не переставая мучить давно затвердевшие соски.
— Пожалуйста, трахни уже меня наконец, Ллойд Уэйв, — с нотами раздражения произношу я, чуть ли не хныча.
А в ответ слышу очередную волну низкого смеха. Не успеваю съязвить, когда губы Ллойда возвращаются к моим, и я сильно выгибаюсь вперед, прижимаясь голой грудью к нему, чувствуя, как мужчина вводит в меня свой член.
Ещё один громкий стон отражается от стен, и волна забытых ощущений пробирается по каждой чувствительной зоне, доставляя нереальное удовольствие. Ллойд подталкивает меня к краю поверхности стола, входя глубже, после чего я чуть ли не кричу, а мужчина стонет мне в шею, проводя по ней языком.