— Мог предупредить нас до встречи, — укоризненно произнёс обиженный Сердан. Злится на себя, что попал в нелепый переплёт по собственной несдержанности и глупости. Бедняжка. — Если бы мы не среагировали?
— Да какой же ты смеер! (Ругательное просторечие обозначает ворчуна, душнилу.) — изрядно переигрывая, выдал Ушлый с закатанными глазами. Застыл на мгновение с нелепым выражением лица, а после, будто по щелчку пальцев, переменился, точнее, приложился к фляге. Узнаю знакомый аромат кокоса и цветов в крепком напитке. — Как же дух приключений, азарт от внезапной опасности? Так сладость битвы ярче раскрывается.
Кровь-пьющий заскрежетал зубами, сдержав поток брани. Согласен, не стоило усугублять и без того шаткое положение, его же до сих пор трясло от воздействия магии. Ух, ну и неприятная же эта дрянь, ваш паралич. Сначала тебя ослепляла резкая вспышка боли, притом не понимаешь источника, всё тело объято ей. А после понимаешь, что все мышцы налились расплавленным металлом, застываешь без возможности пошевелиться, как ни пытайся. И всё тянет и тянет к земле проклятье. Как и везде, самое обворожительное — послевкусие, когда чувствительность, наконец, возвращается, а ты уже забыл, каково это. Разум охватывает безумие, и мечешься, мечешься в агонии новых ощущений, да, старо-новообретённых, конечно.
Альсий в качестве поддержки и поднятия духа ободряюще похлопал напарника по плечу, шепнул на ухо, так, что я не разобрал. Не нравится мне он, слишком много знает, при этом молчаливый, весь себе на уме, полагаю, ослабь Ушлый бдительность — зашевелится, гадость выкинет какую-то. Хотя Король прекрасно осведомлён о способностях кровь-пьющего, просёк, что тот не так прост, каким натужно старался выглядеть в чужих глазах, отгородившись дружелюбием. Врагов стоило держать, как шавок, на короткой цепи подле хозяйских ног, подкидывать кости для иллюзии благосклонности. У Владыки замечательно получалось играть эту нехитрую роль, умело притворялся душой компании, будь такая возможность, светился от искренности. Ох уж эти преступники — прирождённые актёры!
Глава 3. Тонкости оплаты
Наёмники тяжело переставляли ноги, спазм в мышцах так и не хотел спадать — неприятная вещь, соглашусь. А самое обидное, что пострадали из-за одного болтливого глупца. Шли молча, удивительно, что наниматель и тот притих, дальнейший план просчитывал не иначе, однако в его стиле. Любил держать всё под полным контролем, продумывал каждое действие, шаг вплоть до мелочей, предсказывал чужие действия с поразительной точностью, а короткие поводки держал в руках, чтоб без его ведома шевельнуться не могли. Взять хоть этот поход на гидру: знает же, как чудище завалит, кто в этом поможет, выведал, кто обладает нужными способностями, да и пригласил на сделку без права на отказ. Да, Дорогуша, Ушлый уже отправлял наёмников на охоту за ядовитыми зубами, парочка вернулась живыми, но большинство сгинули, скончались в жутких муках. Пробы и ошибки, ошибки и пробы.
За пределами Мелфа дышалось легче, по крайней мере, не чувствовалась трупная вонь, весь смрад гниющей плоти. От редких порывов ветра над головами шумели колючие кроны, протяжно подвывали скрипучие ветки, трещали шишки под массивными подошвами сапог. Под ногами отважных путников вилась тропа, уводила дальше и дальше от могильника, именуемого городом, загоняла глубоко-глубоко в пасть чудищу, многоголовому чудищу. Вернее, в чащу леса, оговорился, наверное. А наёмники кожей чувствовали напряжение в команде, пусть и периодически бросали безразличные взгляды друг на друга. На лицах мнимая холодность, будто никто не догадается, что скрыто за маской на душе. Ушлый показывал дорогу, один он разбавлял загустившую обстановку разными безобидными историями про свои похождения, в первую очередь любовные. В ответ прилетали обрывочные комментарии Альсия, уточняющие вопросы Прелести. Остальные так и топтали влажную землю молчунами. А рассказчик не гнушался грязных подробностей, прям как я.