Такоева набирает номер брата (благо он дал ей сегодня свой старый мобильный аппарат), и параллельно взглядом ищет родственника, он с Таймуразом должен быть где-то поблизости.
Еще пара секунд и длинные гудки в трубке сменяются родным голосом:
— Да.
— Мурик, вы уже приехали? Вы здесь?
— Да, рядом с беседкой. А вы где?
— Совсем в другой стороне.
Мурат объясняет сестре, где сможет их, и обещает быть на месте через несколько минут. Парень не обманывает: когда девушки доходят до ближайшего выхода из парка, ребята их уже ждут.
— Сильно промокли? — интересуется сидящий впереди Касаев и поворачивается назад. Он пытается оценить масштаб бедствия – всё-таки дождь начался сильный. Таймураз практически сразу сожалеет о своем любопытстве, потому как его взгляд невольно задерживается на капле, стекающей по щеке Ольги. Касаев внимательно следит за последующей траекторией и прочерчивает глазами путь от скулы до ключицы, а затем и дальше. Он даже не замечает, что на какое-то время дыхание задерживает, а осознает это только после того, как шумно выдыхает, в тот момент, когда капля скрывается под белой хлопковой футболкой с округлой горловиной.
Хорошо еще, что ткань плотная. Хотя он всё равно отчетливо сейчас видит очертания груди в белоснежном бюстгальтере. Благо, что белье не просвечивается. Иначе бы совсем бы перемкнуло.
«Твою налево» — мысленно ругается и уже в голос обращается к другу:
— Может, печку включить, чтобы не замерзли?
Сам обалдевает от своего вопроса: мозги совсем набекрень, в плюс тридцать только обогрев включать.
— Нам не холодно, — отзывается Альбина, удобнее усаживаясь на сиденье.
Ольга же молчит. Смотрит в окно, забивается практически в угол и скрещивает на груди руки. Ей сейчас хочется лишь одного – спрятаться. Была б ее воля – совсем бы сбежала отсюда, подальше от пронзительного Касаевского взгляда. Быстрее бы оказаться дома, стащить с себя мокрую ткань и переодеться. А еще, наконец, избавиться от смущения, которое целый день буквально преследует ее. Пристальное внимание Таму настораживает. Она буквально ощущает, как неловкость, возникшая между ними, растет со скоростью света. И настораживает в этой ситуации только одно: Таймураза она знает много лет, так почему-то только сейчас рядом с ним становится так неуютно.
Поездка кажется бесконечной, но, к счастью, она все же заканчивается, как и дождь на улице – только гулять больше не хочется.
Лифта дожидаться не стала – сразу понеслась к лестнице.
«Домой очень хочется», — так она объясняет подруге свое бегство. Оказавшись в квартире, прислоняется спиной к двери, пытаясь отдышаться. Сквозь шум в ушах слышит, как хлопает соседняя дверь: ребята уже дома, и Касаев вместе с ними. Наверняка Таму останется у Такоевых надолго. Не пойдёт она больше к Альбине, хватит с нее на сегодня приключений.
P.S. Хочу напомнить, что ваша активность плодотворно влияет на настрой автора.
И ще хочу уточнить: будем ли мы с вами устраивать викторины, как в "Олигархе". Я выкладываю кусочек из следующей главы, а вы отгадываете по нему загадку)
Глава 2
Лето в этом году слишком активное: сначала сессия в медицинском колледже, потом отъезд к дедушке с бабушкой в небольшой приморский городок, а после две недели в гостях у сестры в Сибири. Дома Островецкая появляется только в конце августа. Всё это время она общается с подругой по средствам почтовой связи – они буквально закидывают друг друга длинными бумажными письмами, делятся в подробностях новостями и событиями. Ольга спрашивает у Альбины про всё, что ее интересно и только о самом главном умалчивает, не решается задать вопрос «Как там Таймураз?» Островецкой эта «разлука» с лучшим другом соседа дается трудно. Никогда бы не подумала, что будет скучать. Да, буквально вчера она ловит себя на мысли, что действительно по нему скучает. Два месяца – это все-таки приличный срок. Именно потому сразу же после своего возвращения домой, она туту же несется в соседнюю квартиру, к Такоевым.
— Ты уже решила, какой подарок хочешь на день рождения? — пытает подругу, отпивая из большого стакана прохладный лимонад. Островецкая уже всю голову сломала с этим подарком.
— Я-то решила, вот только вряд ли мне мобильник подарят. Мама сказала, что я еще маленькая и мобильный телефон для шестнадцати лет – это слишком дорогая вещь. А Мурик даже свой старый не хочет мне отдать на совсем. Так, дает иногда во временное пользование. Говорит, что этот мобильник ему тоже нужен. —Девушка обидчиво надувает губы, накрашенные прозрачным блеском.