“Неужели это я?”
Мира поймала себя на том, что подсознательно всё ещё ждёт, когда от её взгляда по стеклу побежит трещина. Но зеркало было прежним гладким бездонным колодцем. “Исцелена…” - нет, она никогда к этому не привыкнет!
Кристина опустилась на колени возле Тони, пощупала пульс и печально покачала головой, потом подошла к Николасу. Мира ждала… Но опять печальный кивок. Узнав о смерти Марсии, Ник сам опустил свой щит. Да, только так - иначе любовь спасла бы его, как не раз спасала Миру. Печальный, но сознательный выбор. Феликс, Джезабел, ещё не отошедшие от битвы и уставшие менее других, может, благодаря своей молодости, обсуждали все перипетии этой ночи и утра. Давид сидел, откинувшись на стену. Дара Меренс перевязывала его простреленное плечо, а охотник, не оставаясь в долгу, стирал платком чужую кровь с её лица. Винсент и Солен поднялись в галерею, и племянник скоро заметил среди охотников тётушку. Бросив меч, он торопливо пошёл к ней, Мира отважно поглядела ему прямо в глаза.
- Это настоящее чудо, - тихо, заворожено сказал Винсент. Его восхищённый взгляд метался по её разрумянившемуся лицу. - Я так молился, чтобы оно произошло, и… - он не договорил, порывисто обнял ее. Мира поощряюще погладила его по спине, но он не закончил фразу. Тогда она вновь заглянула в глаза племяннику, и увидела, что он плачет…
Они разжали объятия только когда увидели, что вокруг собрались почти все. Из-за стен замка шёл гул, слышны были громкие хлопки - взрывы снарядов.
- Что, разве битва не кончилась? - спросила Мира Винсента, отступая. Тот надел привычную маску беззаботности, выглянул за окно и сообщил:
- Кардинцы вознамерились сровнять замок Дэви с землёй. Они почти разрушили восточную стену.
- Не надо им запрещать. Может, так эта история сохранится, запечатается в поколениях, и возвращения Владыки вампиров Карда не допустит, - подал голос Давид. Он остался у стены, Дара сидела рядом, и не сводила глаз с его лица. Лицо охотницы, омытое сегодня кровью многих carere morte, прояснилось, тень ненависти навсегда ушла с него. “Как и с моего”, - подумала Мира.
- Дэви ушёл, а невидимый заслон в воротах стоит, - пожаловалась Солен. - Велика же была его сила!
- Это всё Мира! - прошептала Кристина. - Я уже теряла сознание от удушья… Мы были почти побеждены, а она нашла в себе силы и поднялась. И он испугался, удрал!
Мира содрогнулась: не хватало ещё новой волны фанатизма вокруг её скромной персоны!
- Всё было совсем не так, Кристина. Я, также как ты, умирала от удушья. Дэви сам убрал действие своего непонятного оружия, чтобы я смогла вздохнуть. И ушёл… Он просто раздумал добивать меня, вот только почему? - Мира нахмурилась. - Он словно разглядел во мне что-то… Что-то, что очень обрадовало его. Потому и не убил.
Она вздрогнула, вспомнив последний, странный взгляд Дэви. А со двора что-то кричали, кажется, она разобрала: “Голову…”.
- Кардинцы требуют голову Владыки вампиров, - доложила и Джезабел, прислушивавшаяся у открытого окна. - Может, скинуть им голову какого-нибудь старейшего? Похожую.
- О, как осмелели! А ведь могли бы сами забрать её в любой из визитов Дэви! Нет, не надо умножать ложь, её всегда было слишком много в воздухе Карды. Пусть все знают, что Владыка ушёл, а не убит. Тень может ещё вернуться!
Скоро они спустились вниз. В тёмном зале под Зеркальной галереей встречи с охотниками ждали Адам и Хелена.
- Примите поздравления, Владычица, - промолвил Адам, галантно поцеловав Мире руку. Как ни старался Митто задействовать своё обаяние, выглядел он жалко: видно, сильно досталось вампирам от Бездны, которой проросла “Тень Стража” изнутри!
- Благодарю за помощь при штурме. Но Избранной больше нет с нами, Дар потерян. Ваше исцеление невозможно.
В глазах вампира мелькнуло какое-то неизвестное Мире знание, и он сказал, равнодушно:
- Ничего. Вы всё ещё можете выполнить вторую часть договора: отпустить нас с Хеленой.
Скрепя сердце, Мира согласилась. Охотники, подметила она, были недовольны таким решением предводительницы, но виду не подали. А Адам будто специально не унимался.
- Госпожа, вы восхитительны! - он опять рассыпался в льстивых комплиментах, и эта сцена всё больше раздражала спутников Миры - охотников. - Мы сейчас же уйдём. Но, полагаю, это не последняя наша встреча! Разумеется, исключительно в самом дружественном смысле. Мы скоро начнём сотрудничать, я уверен, наши цели схожи…
- Сомневаюсь.
- Не сомневайтесь, леди Вако! Нас же с вами обоих волнует, в каком мире будут жить наши дети? - говоря это, вампир задержал взгляд на её раздавшейся фигуре, и Мира инстинктивно прикрылась руками от ищущих, голодных глаз.
- Ошейники им! - скомандовала она, и почувствовала себя немного лучше. Она сама защёлкнула на шее Митто узкую полоску серебра, Дара - на шее Хелены. Адам ощупал кольцо, сомкнувшееся вокруг его шеи, он уже не улыбался. Хелена и вовсе шипела от злости.
- Поговорите с Витусом, леди Вако, обязательно поговорите с Витусом. Он среди ваших пленных, - даже серебряный ошейник не сделал вампира менее разговорчивым! Мира поморщилась. - Обязательно поговорите… и до встречи, Владычица! -
Рассудив, что на этом необходимый эффект достигнут, и стимулировать его дальше - испытывать судьбу, Адам ретировался под руку с Хеленой. Вампиры спустились в пещеры, откуда понемногу спадала вода, уже изрядно разбавленная и не оказывающая сотой доли прежнего эффекта на бессмертных. Они ушли каким-то из тайных ходов, но, Мира чувствовала, не навсегда ушли из её жизни. Неприятное чувство - далёкая тревога…
Тревога немного унялась, когда она вышла на свет. Солнце вскарабкалось на высшую точку небосвода. Старинный замок, который Мира привыкла видеть чёрным пятном в синих сумерках или перед рассветом, под разрушающим все иллюзии дневным светом оказался тускло-серым. Он не напоминал тень, затаившуюся у подножия горы, скорее, серую шаль паутины, распластавшуюся на камнях. Во дворе было людно. Толпа непрерывно втекала через пролом в восточной стене. Открытые главные ворота пустовали - там до сих пор стояла невидимая преграда.
- Она тоже истончится и постепенно уйдёт, - сказал Давид. На лестнице он несколько раз терял сознание, сейчас его, бледного точно carere morte, поддерживали Винсент и Феликс.
Мира улыбнулась:
- Спасибо, за поддержку, Гесси. Так и кажется, что эта кампания была не напрасной.
- Карда наша - этого довольно, - он тоже слабо улыбнулся. - Дэви один, ему не набрать и сотой доли прежней мощи. Напрасно он бежал. По мне, так лёгкая смерть в бою предпочтительнее долгой агонии одинокой вечности.
- Ты считаешь, он обречён?
- Он был обречён с того момента, как ступил на территорию Академии.
Кардинцы продолжали уничтожение цитадели Владыки. Замок хотели сровнять с землёй, чтобы и памяти о нём не осталось. Вот и “Кармель” вкатили через провал в стене… Пушку нацелили на главные двери. Мира с улыбкой наблюдала за приготовлениями со стороны. Кардинская кампания была завершена. Тела старейших вампиров сгорели на солнце, залившем всю Зеркальную галерею, тела погибших охотников были вынесены из здания. Раненых увезли в кардинский госпиталь, пленные carere morte ждали своей участи, надёжно запертые в восточной сторожевой башне. С владычеством Дэви над Кардой было покончено, пусть обойтись малой кровью, как хотела Мира, не получилось. С предгорья доносился плач по кардинцам, погибшим этим страшным утром. Иногда Мира вновь принималась за подсчёт убитых, перебирала в уме имена. Опять Габриель, Марсия, Николас, Тони… Каждое имя - укол боли, но эта боль постепенно утихала и всё больше замещалась светлой грустью, ведь ненависть и месть вампирши были избыты.