Не успела Эдита положить в рот последний кусок, как из дверей своей комнаты показалась бабушка. Она была одета, как будто собиралась куда-то уходить. В руках у нее была сумка. На шее шарф. На голове берет.
— Ты это куда? — насторожилась Эдита.
— Разве мне сегодня не к врачу? — тут же в ответ удивилась старушка. — Мне кажется, я сегодня записывалась к врачу.
— К какому?
Эдита спросила и сама себя обругала. Зачем спрашивать! Ведь ясно, что бабушка все равно не сможет вспомнить.
Старушка же была о себе лучшего мнения, поэтому попыталась:
— Ну, к этому… — морща лоб, сказала она. — К которому мы вчера с тобой ходили.
Эдита принялась вспоминать. Бабушкины слова никогда нельзя было воспринимать буквально. Что-либо запомнить точно она не могла, только приблизительно. И Эдита принялась соображать. Так, допустим, в поликлинику родственница ходила не вчера, а в какой-то другой день, скажем, на прошлой неделе. Допустим, дело происходило не с Эдитой, а с мамой. И также возможно, что и не в поликлинику вовсе они вдвоем ездили, а куда-нибудь по записи к специалисту в очередную частную клинику города.
Мама еще не оставляла попыток вернуть бабушке память, хотя все специалисты в один голос твердили, что лучше уже не станет, максимум процесс несколько застопорится. Но мама была согласна и на это, хотя Эдита считала, что от таблеток, уколов и капельниц бабушке лучше не становится.
Позвоню маме, решила девушка, узнаю, куда это наша бабуля сегодня намылилась.
Но к удивлению Эдиты, мамин телефон оказался вне зоны доступа сети. Это где же она едет? В метро? Но на работу родительница ездила по верху, на собственном авто. В метро ей спускаться не было нужды. Разве что машина у нее в ремонте. Тогда она могла воспользоваться услугами подземки.
Эдита позвонила папе, но тот ответил, что ему некогда следить за бабулей. Что он за рулем и что любимая дочь отвлекает его от дороги. И вообще, папа считал, что бабушке надо сидеть дома, а мама сама скоро объявится. Эдите стало ясно, что ее любимый родитель был уже всеми своими мыслями в лесу, на охоте, и все, что могло его от этой самой охоты отвлечь, в том числе и звонок родной дочери, вызывало в нем лишь досаду.
И Эдита обратилась к бабушке:
— Пойдем, я с тобой схожу в поликлинику.
— Тебе же в институт нужно. Я одна схожу. Ты не знаешь, где мои ключи?
Ключи бабушка с неприятной регулярностью забывала либо в дверях, либо в почтовом ящике. Но этим грешили все члены семьи, так что тут особых претензий к старушке ни у кого не возникало. Благо, что соседи в подъезде все оказались людьми очень порядочными, они неизменно возвращали ключи. Бабушкина связка нашлась у нее же в сумочке.
— А полис?
Вот полис бабушке давать категорически было нельзя. Если ключи она еще воспринимала как ключи, то запомнить, что это за дурацкая голубенькая бумажка, она уже не могла. И прочие документы тоже. Из информации о них в голове у бабушки возникал какой-то диковинный винегрет, так что ей ничего не стоило с невозмутимым видом протянуть в регистратуру поликлиники вместо медицинской карты удостоверение к медали за семидесятилетие Победы в ВОВ. Разобраться в сути всех этих бумажек она даже не пыталась, поэтому и относилась к ним легко и небрежно — теряла, оставляла, забывала.
После того как мама в третий раз выстояла очередь и оформила ей третий за два месяца полис, она приняла решение и изъяла у бабушки все ее документы. Впрочем, старушка отнеслась к этому решению положительно, она была только «за».
— Я давно тебе говорила, чтобы ты сама ходила в сберкассу.
И с тех пор очень довольная бабушка переложила весь груз своих обязанностей вне дома на дочь, зятя и Эдитку. Так бабуле было куда легче жить, не нужно было тревожиться, какое сегодня число и не пора ли оплачивать коммуналку. Не надо было ломать голову, где лежит паспорт, можно было спокойно гулять, читать, смотреть телевизор, заниматься своими любимыми делами или просто сидеть у окошка и караулить возвращение внучки.
Но благому намерению Эдиты не суждено было сбыться. К тому времени как она оделась, бабушка куда-либо идти уже передумала.
— Голова кружится, лучше я дома полежу.
И со счастливым видом устроилась на диванчике, накрывшись мягким пледом и положив ноги повыше. Эдита взглянула на бабушку с легкой завистью. И у нее в который уже раз мелькнула мысль, а не симулирует ли бабуля? Где ей надо, там старушка соображает очень даже хорошо. Например, налить чаю она себе никогда не забывает. И вкусный тортик отлично в холодильнике находит. А вот кастрюлю с супом в упор не видит.