Теперь и щекам стало жарко.
«Он тебя провоцирует, не поддавайся», – от внутреннего голоса с его комментариями было не легче.
«А то не знаю! – мысленно огрызнулась я. – Помолчи, дай подумать».
- Слушай, а почему ты его с собой позвал? – Прижав к щекам холодные рукавицы, я дернула подбородком в сторону богатыря. – Вы же вроде не ладите.
Змеиная хватка на моем плече ослабла.
- Это кто сказал?
- Да уж молва по всему свету идет, как ты у него коня украл, а он за это чуть тебя не зарубил.
- Да ну? – Лазарь насмешливо оттопырил губу. – Прямо-таки украл?
Выражение его физиономии в очередной раз напомнило мне двоечника Вольского, вдохновенно брешущего о причинах очередного прогула.
- А то нет? – Я нахмурилась, и Лазарь вздохнул:
- Ну, было дело, побаловался чуток… – В хитро прищуренных змеиных глазах заплясали серебряные смешинки. – Шутил, говорю же. Нечто я совсем дурной, у родного брата красть?
Что-то в его словах царапнуло слух.
- А как ты узнал, что он твой брат? Китаврул рассказал?
Змей привалился к мачте и вытянул ноги
- Не-а, Соболек. А потом я и сам понял.
- Соболек? Он-то откуда знает?
- Да он много чего знает. По свету бегает, везде пролазит, всюду нос сует, собируху собирает. Наберет помаленьку, потом несет, кому надо. Он ушлый, своего не упустит
Вот не зря оборотень сразу показался мне подозрительным. Разведчик, так его, от бога и торговец информацией. Я скептически шмыгнула носом:
- Хочешь сказать, что он сам пришел к тебе с вестью, а ты ему так сразу поверил?
Лазарь помолчал.
- Может и не сразу, – наконец обронил он. – Да только родная кровь не вода, а уж змеиная и подавно.
- Что это значит? – Я с сомнением перевела взгляд на Влеса, все так же украшающего собой корабельный нос. Для него можно было подобрать много хороших и разных эпитетов, но вот определения «змей» среди них точно не было. На змея он походил в последнюю очередь… разве что особой гибкостью движений, удивительной при таком росте и комплекции. В остальном это был ас чистой воды, истинный внук Небесной Коровы, натуральный тур златорогий, или как там его Ягина называла?
- А ты приглядись, – на ухо мне предложил Лазарь. – Нечто мы с братом на лицо не схожи?
Приглядеться? Хороший совет, просто великолепный. Проще только сделать тест ДНК в полевых условиях.
- Не знаю, по-моему, вы совершенно разные, – отозвалась я, старательно избегая змеиного взгляда. Как назло, девать глаза особо было некуда, я снова уперлась ими в богатырскую спину и съежилась от бесспорной, но слишком непривычной мысли. Что ни говори, а Властимир тоже из полозовичей. Он сын Еруслана Черного Змея, причем старший сын, первородный, а потому…
- Потому и спеть мне не желаешь?
Я моргнула, и незаконченная мысль, вильнув хвостом, скрылась в подсознании. Только сосущее чувство тревоги напоминало о том, что лучше было бы ее додумать, а иначе…
- Эй, девица, уже и смотреть на меня не хочешь?
Нет, видно, не судьба мне сегодня все как следует обмозговать. Ладно, потом еще раз попробую… Коротко вздохнув, я повернулась к надутому Лазарю:
- Хочу. Смотрю. Доволен?
- Скажи слова ласковые, – требовательно протянул он. Теперь оба уголка змеиных губ чуть заметно подрагивали. Господи, ему точно двадцать лет, а не два года?
- Скажу-скажу. Все, что захочешь. – Я подумала, не погладить ли его по макушке, но решила, что это будет слишком. – Потом. Если захочешь.
- Обещаешь? – подмигнул Лазарь.
- Конечно. И ты мне тоже кое-что обещай, пожалуйста.
- Говори.
- Пообещай как можно скорее вернуться в Беловодье и прожить там еще один год.
Змей закатил глаза:
- Опять ты об этом…
- Да! – Обеими руками я взяла его за рукав. – Это очень, очень важно. Я бы не просила, если бы это не было так необходимо. Поэтому, пожалуйста, очень тебя прошу, пообещай, что вернешься туда.
Он насупился, в молчании разглядывая мои рукавицы, и вдруг улыбнулся:
- А и ладно. Обещаю вернуться к дядьке… коли ты со мной пойдешь!
- Конечно, – кивнула я, потом, спохватившись, хмыкнула: – Минуточку… и не стыдно тебе, многоликий наш? Сам летишь спящую красавицу будить, чтобы потом на ней жениться, а попутно мне такие предложения делаешь? Нехорошо. Неприлично!
- Никак ревнуешь? – Он потянулся с довольным видом кота, налопавшегося сметаны.
- Нет, только сокрушаюсь и негодую, – как я ни старалась, ответной улыбки сдержать не смогла. Глупости – дело заразительное.
- Зря. – Поднявшись на ноги, Лазарь окинул небо орлиным взором. – Кто хочет, тот пускай и женится, а я подожду.
- Зачем тогда летишь? – не удержалась я.