-По лестнице поднимитесь на второй этаж, -инструктировал меня секьюрити, звали которого Константином, -там будет еще один коридор. Идите до упора, вам нужна дверь с надписью «Дезинфекция», смело туда шагайте, это вход в «виповское» крыло. Сомневаюсь, что вас рискнут остановить, а вот Толик точно на пути встанет, но тут уж вы сами.
-Поняла, -кивнула я, -машину мне не поцарапай только. Накатаешься -оставь на паркинге около ТЦ, ее с утра заберут.
Распрощавшись с Константином, которому не терпелось оказаться за рулем, я, следуя полученным указаниям, поднялась на второй этаж и, добравшись до двери с нужной надписью, прошла в коридор, стены которого были отделаны панелями из красного дерева. Под ногами стелился ковер, прикрывающий мраморные напольные плиты, по углам стояла кожаная мебель и кадки с цветами, а в холле журчал самый настоящий фонтан, в котором плавали золотые рыбки. Будучи под впечатлением, я расплела волосы, позволяя рыжим прядям рассыпаться по плечам и натянула на лицо маску высокомерной с(к)уки. Толик, или как там его, может указывать местному главврачу, но никак не дочери мэра, уж я ему дам в этом убедиться.
Кажется, у пациентов на данном этапе был тихий час, потому что ни одной живой души я не встретила. Двери в палаты были сплошь из тонированного стекла, с массивными бронзовыми ручками и электронными замками, и лишь только перед одной из них сидел в кресле, закинув ноги на журнальный столик, массивной комплекции мужчина с книгой в руках. Услышав мои шаги, хотя по ковровому покрытию я ступала бесшумно даже на каблуках, он вскинул голову и наградил меня тяжелым взглядом, острым и внимательным, пронизывающим насквозь. Если бы не была знакома с Романом, то была бы убеждена, что брат Юрия именно Толик, причем едва ли не близнец. Если у них еще и выучка идентична, шансы на суаре с Плетневой -старшей уменьшаются на глазах. Невесело.
-Добрый день, -остановившись у нужной двери, я одарила Толика взглядом, который был в высшей степени пренебрежительным. -Надеюсь, госпожа Плетнева может уделить мне пару минут?
-Татьяна Леопольдовна, -констатировал телохранитель Аглаи едва ли не с отвращением. Любопытно, чем ему так моя персона не угодила? -К сожалению, ваш визит невозможен.
-Мне плевать, -проинформировала я, -твоя хозяйка по положению гораздо ниже меня. Советую принять правильное решение. Или, думаешь, у меня пистолет в сумочке? -я продемонстрировала микроскопический клатч, больше похожий на чехол для айфона. Сочтя диалог законченным, я решительно толкнула дверь и прошла в просторную двухместную палату, обстановка которой напоминала люксовый номер в дорогом отеле. На кровати с высокой спинкой, опираясь на несколько подушек, возлежала Аглая Плетнева, будучи одета в шелковый пижамный комплект с широкими рукавами. На волосах была повязка из белоснежных бинтов, нижняя губа с запекшейся темной корочкой, а под левым глазом начинал сходить синяк. Правая бровь была рассечена при аварии, вследствие чего на нее наложили несколько швов, а левая рука явно плохо слушалась хозяйку и была затянута в бандаж, но жизни матери Алисы ничего не угрожало -по крайней мере, с ноутбуком она ловко справлялась и одной рукой.
-Толик, я же сказала, чтобы меня никто не трогал, -с раздражением отозвалась она, поднимая взгляд на меня. -Что за…? Татьяна Леопольдовна?
-И вам не болеть, -усмехнулась я, -бросая куртку на кресло из черной кожи и усаживаясь туда же, закинув ногу на ногу. -Поговорить можем? Или мне записаться на прием заранее?
-И за что я плачу охране? -посетовала Плетнева -старшая. -Что ж. Выкладывайте.
-Мне нужна ваша помощь, -я решила сразу взять быка за рога. Собеседница удивленно приподняла брови и тут же скривилась.
-Забавно. И чем же я могу помочь? -уточнила она, смотря на меня совершенно без восторга.
-Я не имею отношения к тому, что Алиса пострадала, -произнесла я, -мою лошадь отравили. И сделала это Изабелла, как вы уже, я думаю, догадались, -занервничав, я поднялась на ноги и подошла к окну, дождь за которым как раз начал стихать. Из палаты Плетневой -старшей наипрекраснейшим образом просматривалась территория клиники, в частности мой «Мерседес» был как на ладони, и я уперлась взглядом в Константина, который как раз к машине приблизился. Отпросился со смены, что ли? Не удивлюсь, терпения дождаться конца рабочего дня у него явно не хватит. С другой стороны, пусть покатается, от меня не убудет, а парень не идиот и понимает, что угнать такую тачку без шансов -слишком эксклюзивна, легче застрелиться. Раздумывая, не забыла ли в салоне что -нибудь типа айфона, я проследила, как Константин снял с машины блокировку и сел за руль, и уже собралась было уделить внимание Аглае Плетневой, чтобы продолжить разговор, но в этот момент раздался оглушительный грохот, от которого задрожали бронированные стекла. «Мерседес» подпрыгнул на месте и превратился в факел, стоимостью в десятки миллионов рублей, а по соседству завыли сигнализации у остальных машин, которым взрывной волной выбило стекла. Открыв рот, я смотрела, как иномарка Ольги Юрьевны перестает существовать, и заскулила, понимая, что Константин, сам того не желая, только что спас мне жизнь.
========== 41. ==========
После взрыва началось форменное сумасшествие. Вокруг пылающей кучи железа, еще пару минут назад представляющей собой дорогущую иномарку, мгновенно собрались очевидцы, кто -то начал едва ли не вести прямую трансляцию в интернет, вдали завыли сирены спецслужб, а я, зажав рот руками, смотрела на все это в полнейшем шоке. Первой пришла в себя Аглая Плетнева, которую взрыв за окном впечатлил настолько, что женщина, трясясь как в лихорадке, выбралась из постели, сбросив на пол рабочий ноутбук, и мертвой хваткой вцепилась мне в локоть, расширенными глазами смотря, как во дворе медицинского центра полыхает моя машина.
-Какого черта?! -Толик, едва ли не выбив дверь, влетел в палату и, оценив наши бледные до синевы лица, витиевато выматерился, потом посмотрел в окно и решительно задернул плотные портьеры, скрывая жуткое зрелище. -Чья машина? -он пристально уставился на меня, явно уже зная ответ, и вздохнул. -Ну Татьяна Леопольдовна, вы даете! Кому дорогу перешли, не подскажете?
-Какую дорогу? -прозаикалась я, понимая, что не будь рядом матери Алисы, то не смогла бы удержаться на откровенно дрожащих ногах. Пальцы Плетневой -старшей, намертво впившиеся мне в руку, позволяли остаться в сознании и более -менее адекватно воспринимать действительность.
-Сама скажи, -подала голос женщина; надо признать, он заметно подрагивал. -Такие машины просто так не взрываются. Тротил? -обратилась она к своему телохранителю. Тот пожал мощными плечами, обтянутыми футболкой в расцветке черно -серого хаки.
-Не исключено. Причем заряд немаленький, чтоб уж наверняка, а это удовольствие не из дешевых. Сильно вы кому -то не угодили, -констатировал он. Я уныло кивнула и обессиленно рухнула в кресло. Мать Алисы, судорожно вздохнув, заняла соседнее и уставилась на Толика, который подошел к бару и, начисто игнорируя соки и минеральную воду, выудил оттуда бутылку коньяка. Мы с Плетневой протестовать не стали, хотя у нее был режим, а у меня отвращение к данному напитку, и молча влили в себя жидкость, доставленную, не удивлюсь, напрямую из Франции.
-Ну рассказывай, -обратилась ко мне женщина, когда мы сделали несколько глотков и я судорожно закашлялась. Толик отпил прямо из горлышка и, подойдя к окну, оценил происходящее внизу, о котором мне даже думать не хотелось.
-Что рассказывать? -не поняла я.
-Таня, я все понимаю, у тебя стресс и после такого вообще сложно собраться с мыслями, но будь добра, просвети меня уже, какого черта происходит! Знаешь, я меньше всего ожидала, что ко мне в палату ввалится дочь мэра, а спустя пару минут ее машину буквально в клочья разорвет! -повысила голос собеседница. -Как же, господи, вовремя я отправила Алису подальше отсюда! Между прочим, ты в курсе, что это она отговорила меня подавать бумаги в суд?