Кончив сосиску, приступил к эликсиру. Зажмурив глаза и выдохнув, осушил склянку. На вкус показалось, что выпил безвкусную воду со специями.
Выждав несколько минут, повторил попытку.
В этот раз свиток посыпал золотыми искрами, едва коснулся символов на пергаменте. Через секунду я парил в воздухе.
Пристально глядя в точку на берегу и перебирая ногами, я беззвучно парил над водой, которая существовала где-то внизу, отдавала прохладой и свежестью, а впереди уже близились исполины с раскатистыми ветвями, сплошь покрытые крупными листьями.
Минуя воду, я подлетал к небольшой лужайке, где весело колыхалась сочная трава. В глаза слепило солнце и обдавало теплом. Только я коснулся ногами тверди, заклинание прекратилось.
Clearing
Плюхнувшись на лужайку, я вдыхал аромат цветов и попрятавшейся ягоды. Надо мной проносились молочные налитые облака, в голове ни мысли. На мгновенье я почувствовал, что нахожусь во сне, и просыпаться не желаю.
Все резко прекратилось, когда молочные облака перекрыла поганая морда. Опомнившись, я вскочил на ноги, с лязгом обнажил меч. Передо мной стоял зеленый остроухий увалень с ржавой булавой и большим деревянным щитом. Я принялся исполнять заученную комбинацию.
Влево, вправо, -
Тварь плотно засадила булавой.
Влево, вправо, выпад, влево, вправо, -
Снова неудача. Противник хорошо оборонялся, навешивал в ответ.
Я отошел на пару метров, чтобы кинуться в бой с новыми силами, но из-за спины увальня выбегали трое подобных, с деревянными дубинами в руках.
Двойной выпад! -
Меня окружили, начали засаживать дубинами, пока я не разумел да не пустился в ближайший прилесок.
Убедившись, что за мной нет хвоста, убрал меч в ножны и полез в инвентарь. Достал пучок марошки, кусок ветчины и бутылку пива.
Ветчина была правильно просолена, хорошо отбивала привкус сырой марошки. Пиво показалось сладким.
Скушав все до последнего кусочка и осушив бутылку, начал вглядываться в окружающий лес.
Лучи пробивались до земли и грели, пушистые ветви ходили в танце от дуновения ветра. Пение птиц ласкало душу. Кто мог подумать, что среди такой красоты поджидают опасности?
Синяки уже не саднили, и я смело пошел на разведку, с оружием наготове.
Радужный Лес состоял из зеленых массивов с извилистыми просеками да малыми полянами, где поджидали ватажки супостатов. Наученный темной стороной Дикого Леса, я обходил неприятности, пока не вышел на обширную, с приземистой густой травой, поляну, и широковетвистым дубом посредине.
От величественного дерева доносились разговоры и заливистый смех. Я замер на окраине опушки меж кустов и прислушался: так могли горланить только наши!
С интересом, и опаской, схватившись за навершие меча, я затрусил к дубу.
Полукругом у пышно-зеленого гиганта собрались люди, усевшись на корточки в раздумьях. Я стал тихонько подходить, а завидев знакомые лица, рванулся вдохновлено. Не ошибся!
– Ты добрался до места. Присаживайся, ты один из нас, – худосочный голубчик из Лагеря у Болота пригласил жестом на бревнышко.
Я опешил:
– Один из вас? А для чего вы здесь собираетесь?
– Мы делимся воспоминаниями из прошлых жизней, чтобы обогатить знания друг друга, тем самым – помочь вспоминать.
– Вспоминать что?
– Побудь с нами, сам поймешь.
Вдруг все подскочили с насиженных мест, буднично достали мечи и луки. Из глубины леса выходили знакомые обидчики, всей ватагой.
Они быстро подошли и молча атаковали, завязалась большая схватка.
В пылу битвы я замешкался. Куда бить? Противники перемешались: рев, крики, лязг мечей и сабель, удары о щиты и даже грохот – ужасная какофония. Все были заняты схваткой. Пришлось обходить врага и бить сзади, чтоб не попасть в своих.
Xp+
Xp+
Попадали первые увальни, громко обрушаясь и неслышно истаивая. Схватка затихла, мечи убрали в ножны, луки за спину. Уселись думать.
Я прервал коллективное молчание:
– Ребят, я все понимаю, Дикий Лес – место насколько странное, настолько интересное, но сейчас я вообще не понимаю. – Я развел руками. Все молчали.
Я кивнул подвернувшемуся голубчику из Лагеря у Болота. Говорил он с вдохновением, но я отчего-то подумал: «Припистошивает»:
– Душа умнее тела. Выше, вне, за пределами. Не пытайся вспомнить телом, вспоминай душой. Тело не знает, тело не помнит. Помнит душа, она часть мира, который знает все, – он сделал паузу, указал на меня пальцем, – Твоя душа знает все.