Рыжеволосая Хлоя, училась в средней школе, увлекалась музыкой и мечтала стать певицей. Он растерзал тело двенадцатилетней девочки, и исписал стены заброшенного здания, где убил невинную девочку:
"- Она так громко кричала, походило на свинячий писк. Все звала на помощь: мама, мамочка! Помоги!".
Аарон резко затормозил и быстро выбрался из машины. Холодные капли дождя градом ссыпались из неба. Мужчина обхватил себя руками. В белой майке и домашних штанах, он выбежал, даже не обувшись. Перед глазами появился знакомый огромный дом, на несколько квартир, в длину почти с четверть улицы. Джонсон поднялся по ступенькам и яростно принялся стучать в дверь, но в ответ последовала лишь тишина. Тогда мужчина начал выбивать дверь. Раздался перепуганный голос соседки:
- Я сейчас полицию вызову, вы что делаете?
Аарон и бровью не повел, он еще раз со всей силы навалился и все-таки выбил дверь. Интуиция робко прошептала:"- Лили мертва, опоздал". Мужчина поднял голову и посмотрел на второй этаж, оттуда доходили звуки музыки.
Джонсон знал квартиру Лили, как свои пять пальцев. За время, что они провели вместе, Лили и Аарон очень сдружились. Он относился к ней как к собственной сестре и очень полюбил Хлою. Джонсон познакомился и родителями Лили, и даже несколько раз общался с бывшим мужем напарницы. Он был частью ее жизни. И сейчас осознание того, что женщина решилась на такое, доводило его до бешенства. Он был так слеп, считая, что знает хорошо Лили. Она ведь всегда казалась такой сильной. Аарон был уверен, ее ничто не остановит. Под "ничто не остановит" подразумевалось и желание поймать, и посадить Зверя в клетку, где ему и место.
Аарон застыл в дверях ванной комнаты, сердце бешено заколотилось, миллионы мурашек пробежались по коже. Лили лежала обнаженная в окровавленной ванне: одна рука свисала с кромки ванны, другая же спрятана под водой, посиневшие слегка приоткрытые губы, смиренно закрытые глаза и холодное спокойствие на лице, словно нескончаемые, безжалостные удары ножом в сердце. Такой боли Аарон не испытывал никогда. Джонсон спустился на колени и обхватив руками голову? зарыдал. Желание подбежать и обнять Лили рвало душу, однако опытный детектив понимал – трогать мертвое тело нельзя. Он все же наотрез отказывался верить, что Лили решилась на самоубийство. Аарон не желал принимать ее слабость.
"- Я заставлю этого подонка молить о пощады. И когда мне надоест его мольба, вырву сердце и скормлю собакам".
После смерти дочери, руководство решило на некоторое время отстранить Лили. Джонсон уверял начальство, нужно дать напарнице окунуться в работу с головой. Но решение приняли и женщину отправили в оплачиваемый отпуск. Она долго не могла принять то, что Хлои больше нет.
- Теперь-то я понимаю это чувство, - произнесла Лили. Они сидели на балконе ее квартиры и курили.
- О чем ты? - Аарон посмотрел на женщину.
- Ненависть... я много раз видела ее в глазах других людей. Все те, кого я огорчала, сообщая об том, что их дело приостановлено, или, когда не могла отправить очередного мерзавца в тюрьму. Я видела это в глазах других, меня сверлили пропитанным злостью взглядом и желанием поквитаться. А теперь, я и сама ненавижу себя. Проклятье! - она вышвырнула окурок в сторону и повернула голову к сидевшему рядом Джонсону:
- Я так облажалась, - в ее глазах застыли слезы, она принялась кусать губу, продолжая смотреть на Аарона.
- Ему удалось разрушить мою жизнь, - дрожащим голос продолжила она, - он убил мою любимую девочку, и я ничего не смогла сделать, чтобы предостеречь это. Ничего, - женщина горько заплакала, Аарон приобнял ее за трясущие от слез плечи. Джонсон не знал, что сказать, ему всем сердцем хотелось облегчить боль Лили.
- Все будет хорошо, - неуверенно прошептал мужчина, в груди неприятно кольнуло, - нужно только перетерпеть.
Аарон на дрожащих ногах поднялся и быстро осмотрел ванную комнату, он надеялся найти следы борьбы, хоть что-нибудь чтобы доказать – Лили убили. Мужчина знал, самоубийство расследовать не станут. Детектив Джонсон прошел в глубь комнаты. Он подошел к туалетному столику и выключив музыку, обомлел, его внимание привлек аккуратно сложенный вдвое листочек. Он развернул его, внимательно всматриваясь в текст. Размытые буквы некоторых местах, дали понять – писавший записку плакал. В ушах громко зазвучало собственное сердцебиение и на секунду показалось, что он услышал голос Лили. Мужчина обернулся, женщина продолжала лежать неподвижно. Он повернулся и перевел взгляд в отражение зеркала, оттуда виднелось все также бездыханное тело напарницы. Аарон вновь посмотрел на листок и в голове раздался собственный голос:"- Ты же понимаешь Аарон, какая может быть жизнь, после смерти собственного ребенка..."