Сфера Верхафера дрожала. Знаки зажигались и гасли над ней. С пальцев графа струилось сине-зеленое свечение. В кабинет заволокли связанного молодого барашка.
— Нет… — граф устало вздохнул, знакомым жестом размял кисти рук. — Не могу понять, чем она его… То есть примерно знаю, но зелья любят точность. Ошибусь в ингредиентах и …
— Пишите письма прабабушке! — подхватила Женя восхищенно. Упоминания зелий вообще заставили ее влюбиться в графа без памяти. Ах, он еще и зелья варить умеет?!
— Надо спешить, у Игоря дела не очень, судя по всему… Джиневра твердый орешек.
Ладно, попробуем вариант с барашком, хуже-то ему уж точно не будет.
— А что барашек?
— Магия плюс шаманство, — пояснил граф. — Ритуал переноса. Сейчас я возьму яд и вызванные им разрушения и все это перенесу на барашка. Разумеется, барашек погибнет. Но ему итак предстояло умереть под ножом…рано или поздно. Это довольно сложно. И если честно, в Академии меня этому не учили, — он усмехнулся.
— Голым прыгать будете и в бубен бить? — поинтересовалась Женя.
— Нет…
— Жаль, — искренне огорчилась она.
Ритуал переноса никак не визуализировался. На первый взгляд граф ничего и не делал.
Просто стоял над Эдосом и молчал. Только побледнел сильно. Потом тихим голосом сказал — Вот и все, — и щелчком пальцев отменил сферу. Баран забился в своих путах и отбросил копыта, пуская кровавые пузыри.
Эдос сел на столе. Потряс головой и ошарашено огляделся по сторонам.
— Вот, выпейте это, мастер, — граф протянул ему какую-то мензурку. Странно, но жертва отравления и не подумала возражать. Послушненько залпом выпила предложенное, страшно при этом скривившись, занюхала рукавом и сползла со стола.
— Что это было? — хрипло потребовал объяснений Эдос.
— Роза. — Сказала Женя. — Вы сорвали розу в оранжерее мистрис Линдеман. Она этого не любит.
— И что?! — возмутился он. — Людей травить?! Сумасшедший дом какой-то…
Да…Распустил ты своих баб, мужик, — Эдос покровительственным жестом похлопал графа по плечу.
— Я не мужик, — холодно ответил тот, — а Джиневра не баба — высококлассный зельевар и к тому же стихийный маг. Не советую повторять свой подвиг, иначе в следующий раз ее попытка может увенчаться успехом. Я просто не успею вас спасти. Мои познания в области ядов не столь обширны. А теперь прошу вас оставить меня. Мне нужно отдохнуть и привести себя в порядок…
— Не мужик…Что он имел в виду? — поинтересовался Эдос у Жени, когда оба покинули графский кабинет. — Вроде ж молодой еще…
— Кто о чем, лысый о расческе! — фыркнула Женя. — Он имел в виду, во-первых, что аристократ. Граф. Называть мужиком нельзя. Оскорбительно. Во-вторых, он вообще не человек. Он волк.
Игорь пришел очень поздно. Со стоном повалился на Женину кровать.
— Что она с тобой сделала? — удивилась Женя.
— Не скажу, — мрачно пробурчал тот. — Ржать будешь.
— Нет, не буду, я не садистка, я блондинка, ты перепутал.
— Вот как раз блондинки и есть самые лютые садистки. Одна меня только что отымела по самое не могу.
— Игорь, колись! Хрупкая женщина такого верзилу как ты… Ни за что не поверю!
Что она тебе сделала?!
— Я копал землю, — убито ответил Игорь, — лопатой.
— С ума сойти… — Женя не знала, что и сказать. Ну да, Игоречек с лопатой это нонсенс. Джиневра переборщила в жестокости. Пострадал невиновный. Хотя… Так ли уж невиновен этот невиновный? Помнится, не так давно ему уже выставляли счет за потоптанную клумбу и редкий сорт фиалок, на который он выпрыгнул из окна… — Ну и как?
— Мечом махать проще. У меня спина болит! И на руках мозоли! Я ж не селюк какой-нибудь…
— Она простила?
— Да…
— Что и требовалось. Господин граф тебе завтра возместит.
— Ох уж мне… Да! Кстати, как себя чувствует этот фонтан неприятностей на наши головы? Он еще жив?
— Эдос? А что ему сделается. Маги народ живучий. Ты сам говорил. Наш его быстренько починил. Он оклемался и умчался по бабам, кобелевать.
— Силен, однако. А может он переворот готовит? Ну, там, замок захватить пытается? Мне, например, бежать предлагал. Деньги сулил, графский приворот снять обещал и там прочее по мелочи…
— Мне он тоже… — Женя кашлянула и слегка порозовела щеками, — много чего предлагал.
— И тебе, значит. Забавный мужик. Может прирезать его по-тихому, пока большой беды не вышло?
— Не знаю. Они с графом завтра будут медальон активировать. А потом, хочешь режь его, хочешь ешь. А лучше отправь куда подальше. Да, и если не секрет, а почему ты ему отказал? У тебя что, с графом большая любовь?