- А где это? - удивился Митька. - Тут же море вокруг.
- Недалеко, - ответил старик, - как раз успеешь вернуться к тому моменту, как за тобой приедут.
- Думаете, за мной скоро приедут? - с надеждой спросил Митька.
- А как же. И не на теплоходе, а на быстром катере. Потому что, как только заметят твою пропажу, сразу позвонят спасателям.
У Митьки даже глаза засияли от радости. За ним скоро приедут! А пока он сможет еще и важное дело сделать! Митька был готов на все.
Дед ушел в комнату и вернулся оттуда с ворохом одежды и длинным посохом. Одежда была странная, но старик так сосредоточенно ее надевал, что Митьке показалось, что это очень важно. Сначала Дед надел однотонный халат из грубой ткани, поверх накидку, вышитую разноцветными нитями, потом широкий шарф с кисточками. На голову тоже натянул что-то типа повязки, из которой по бокам свисали нити с бусинами. Он вмиг стал похож то ли на индейца, то ли на представителя другого племени. Бронзового цвета кожа и глубокие морщины на лице Деда, как нельзя лучше подходили под это одеяние. И тут Митька догадался - Дед был шаманом!
Старик протянул и Митьке рубашку:
- Надень-ка, а то там зябко.
Это было очень кстати, потому что футболка после дождя еще не успела высохнуть и была немного влажной.
- Ну, пошли, - позвал его Дед из коридора.
Они вышли в вечер.
***
Митька с Дедом спустились к морю. Старик стал что-то напевать себе под нос. Митька прислушался, но ничего не понял. Подошли к самой воде. Сумерки добавляли синевы морю, небу, всему вокруг.
- Мы с тобой пойдем во-он туда, - сказал Дед и указал посохом на лунную дорожку.
- Там вода, - ответил Митька. Он решил, что старик либо шутит, либо проверяет его на сообразительность.
- Да. Чтобы по ней идти, я буду петь специальную песню. И касаться посохом. Тогда вода загустеет, и мы сможем идти.
Митька стоял молча. Он не верил. В школе такому не учили, да и родители никогда не рассказывали о подобных чудесах.
- Вижу, что не веришь. Правильно. Но сейчас ты сам все увидишь. Возьмись за посох.
Дед поставил его в воду и запел свою странную песню. Митька почувствовал, как посох приподнялся. Он тихонько попробовал прижать его ко дну - ничего не получилось. Дед сделал шаг вперед. Митьке ничего не оставалось, как сделать шаг за ним. Мальчик не касался дна. Они сделали еще шаг. Митька стал беспокойно оглядываться, но продолжал идти рядом с Дедом, крепко держась за посох. Старик и мальчик шли по направлению к луне, все больше отдаляясь от берега, шли по воде, также легко и запросто, как по песку. Это было очень странное ощущение. Как будто они шагали по толстому ковру из гигантских ниток-волн, которые мягко переваливались под ногами. Солнце село, все поглотила ночь.
Митька почувствовал, что его тело стало набухать, как плюшевая игрушка, брошенная в воду. Но оно вбирало в себя не только море, но и воздух, звезды, далекий город, пока не стало всем миром и растворилось в темноте.
***
Тьму вдруг прорезал всполох света. И исчез. Потом снова. На третий раз Митька понял, что это он пытается открыть глаза, и свет проникает сквозь щелку век.
Он почувствовал, что сидит, прислонившись к чему-то спиной. И услышал голоса.
Когда Митька наконец открыл глаза, то увидел, что Дед переговаривается с каким-то человеком. У него был длинный крючковатый нос, голубые глаза странной продолговатой формы, и всем своим обликом он напоминал хищную птицу. Одежда его была схожа с Дедовой. Балахон, цветные кисточки, бусины. Старики негромко переговаривались о чем-то и периодически доставали из своих кожаных мешочков камушки и клали на стол.
Митька встал. На него как будто не обратили внимания. А затем длинноносый кивнул ему на чурбан, который использовался вместо стула. Митька сел и стал осматриваться. Если жилище Деда можно было назвать домом, то это была скорее хижина. На крыше лежали ветки и солома, а может камыш - Митька не разбирался в технологии строительства. Пол устилали доски, разные по ширине, и складывалось ощущение, что под ними была уже земля. Обитые досками стены, были не менее красочными, чем у Деда. Рога, талисманы, ловцы снов, маски, рисунки. Причем рисунки были сделаны не кистью, а пальцами. Вот скала у реки, на берегу олень, в небе летит орел или похожая на орла большая птица. На скале стоит человек с поднятыми вверх руками. Митька почему-то подумал, что он просит чего-то у своих богов.
Перед дедами стоял стол из тесаных досок, на котором был нарисован круг, поделенный на разноцветные сектора. В каждом секторе было множество непонятных значков.