Той ночью мне приснился сон. Яркий сон о глазах, наблюдающих за нами в темноте, дюжинах глаз. Маленькие желтые огоньки-бусинки, которые никогда не мигали, уставились на меня, пока я лежала там, парализованная. Я до сих пор не знаю, был ли этот сон реальным или Сссеракис просто играл с моим подсознанием, чтобы насытиться моим страхом.
Я проснулась в холодном поту и обнаружила, что фонарь погас и наступила темнота. Несколько драгоценных камней все еще светились тусклым желтым светом, но этого было достаточно, чтобы я смогла откатиться от Хардта и снова зажечь фонарь. Я уже грызла краюху черствого хлеба, когда остальные начали просыпаться.
Наши запасы были ограничены, и мы понятия не имели, сколько времени пройдет, прежде чем мы найдем способ выбраться на поверхность, поэтому мы питались экономно. Все мы привыкли к скудному рациону, но мне хотелось, чтобы мой желудок перестал урчать. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как я как следует утолила свой голод.
Когда мы снова двинулись в путь, я решила, что больше не могу выносить тишину.
— Кто-нибудь имеет представление, что это за гребаное место? — спросила я. — Мы шли довольно долго… Я не знаю, насколько долго, и это всего лишь один коридор с комнатами по обе стороны.
— И лестничные клетки, — отметил Йорин. Он довольно громко заявлял о желании подняться наверх.
— Древние, — сказал Хардт.
— Древнее, чем просто древние, — сказал Тамура. Я услышала, как Хардт устало вздохнул. Некоторые мужчины не любят загадок, а Тамура говорил только загадками.
— Сумасшедший старик прав, — сказал Изен, прежде чем его брат успел обернуться к Тамуре. — Посмотри на стены, Хардт. Мы уже видели такое раньше. Это город Джиннов.
Честно говоря, я не могла бы сказать, что удивило меня больше: то, что мы шли по коридорам мертвого города, который когда-то принадлежал Джиннам, или то, что из всей нашей маленькой группы Изен был первым, кто это понял.
Хардт горько вздохнул:
— Только не опять.
— Возможно, все будет не так, как в прошлый раз, — сказал Изен. Он всегда быстро забывал о гневе, и, пока Йорин молча шел позади нас, казалось, что его мрачное настроение улетучилось.
— Что случилось в прошлый раз? — Кто-то должен был спросить, и я подумала, что это могла бы быть я. Не Тамура, который, скорее всего, выдал бы какую-нибудь загадку, расстроившую Хардта, и не Йорин, само присутствие которого раздражало Изена.
Братья быстро переглянулись, а затем Изен начал рассказ.
— До того, как нас бросили в Яму, мы были джентльменами удачи.
Признаюсь, я раньше не слышала этого термина. Как и Йорин, судя по его веселому смеху. «Разбойниками», — сказал боец из Ямы. Нравилось это кому-то или нет, но Йорин всегда умел докопаться до сути дела.
— Корсарами, — пожал плечами Хардт. Я попыталась встать между Изеном и Йорином, и хмурое выражение лица младшего брата немного смягчилось.
— Так вот почему вас бросили в Яму? — Мне не терпелось узнать как можно больше об Изене. Влюбленность способна сделать увлекательной каждую мелочь, а пираты и без того были достаточно увлекательными.
Йорин снова рассмеялся.
— За пиратство в Яму не сажают, — сказал он. — Тебя вешают.
Меня так и подмывало спросить, почему братья оказались в Яме, но оба погрузились в угрюмое молчание, и я сомневалась, что получу ответ, хотя мне очень хотелось узнать правду. Любопытство и все такое.
— Итак, о том городе, — сказала я. — Он был похож на этот?
— Не совсем, — фыркнул Изен. — Для начала, он был под водой.
С тех пор я побывала в городе, о котором говорили братья. Все, что они мне рассказывали, оказалось правдой. Что Ро'шан и До'шан значат для неба, то Оль'шен — для морей. Подводный город, который затмевает все, что когда-либо строили земляне, но он не плывет на скале. Оль'шен находится внутри самой большой медузы, которую когда-либо знал мир. Настоящее чудо, созданное Богами, или, по крайней мере, Рандами и Джиннами, и им определенно нравилось изображать из себя богов.
— Мы были не просто пиратами, — начал рассказ Хардт, и его низкий голос эхом разнесся по пустому туннелю вокруг нас. — Терреланский флот поручил нам преследовать торговые суда в Море Шепота.
Йорин рассмеялся:
— И вы называете меня чертовым монстром.
В то время я ничего этого не знала. Моя жизнь состояла из академии и Ямы. Я ничего не знала об окружающем мире. Я не знала, что терреланцы нанимали пиратов для нападения на другие народы Оваэриса. Я никогда не видела пахтов или гарнов. Я думаю, что большинство других рас возненавидели нас из-за терреланцев. Оказывается, предрассудки порождают еще больше предрассудков. Надеюсь, я хоть немного помогла в своей жизни залечить раны, нанесенные Терреланской империей.