— Зачем? — Испуганно спросил Арубатур, продолжая висеть на руках Дертапа.
— Я же сказал, просто так. Интересно нам.
— Для начала поставь меня! — Закричал Фук, желая таким образом надавить на пирата и тот, нехотя, но поставил Арубатура. Фук осмелел, ощутив более-менее твёрдость под ногами. — Ты, грязный сын дибунов, что за грубость позволил ты себе? — Такому поэтическому высказыванию Фук позавидовал сам себе, но Дертап в поэзии ничего не смыслил и через мгновение Арубатур ощутил на себе правильность данного пирату прозвища. От удара в челюсть он отлетел на добрые метров десять и оседлал мирно храпящего в гамаке пирата, от которого узнал про себя много интересного. Рот Фука наполнился какой-то жидкостью. Сплюнув её, пострадавший понял, что это кровь, с ней же из-за рта выпало два зуба. Фук, стиснув оставшиеся, исподлобья посмотрел на обидчика. Тот отчего-то смущённо смотрел в пол, покусывая нижнюю губу. Его руки-шпалы висели по швам, сжимая огромные кулаки. Увидев их, Арубатур решил простить обидчика и поднявшись на ноги, поспешил прочь от него.
" Карту им подавай. Ишь, чего захотели? Может и сокровища притащить сюда и вручить на подносе?" — Негодовал Фук, стоя снова возле полубака у правого борта, потирая ушибленную челюсть. " Ничего, я вам ещё покажу". Спускаться вновь вниз он боялся, поэтому расположился здесь же, благо, ночь была тёплая и даже сильный ветер, не остужал тело. Накрывшись куском парусины, Арубатур устроился прямо на палубе у перил трапа, что вёл на полубак и тут же уснул.
Ему показалось, что он и не поспал вовсе, когда его разбудил крик марсового. "Капитан!" — Раздалось с марса фок-мачты. Арубатур тут же представил себе марсианина с "Империи", но это был не он. Фук подскочил, узрев, что уже рассвело и работа на "Глеуте" уже кипела.
— Капитан, корабль с правого борта!
Фук бегом прильнул к борту и заметил впереди большой, с белыми парусами корабль. На ум снова пришла "Империя".
— Вижу Тер! — Звонко ответила Оливия, которая, к удивлению растерянного Фука уже была на своём мостике. Он бросился к ней и вбежав по трапу, тут же был награждён лучезарной улыбкой:
— Доброе утро мастер Арубатур!
— Какое доброе? — Возмутился Фук, всплеснув руками. — Ваши дикари избили меня сегодня ночью. Это не слыханно!
— И что?
— Как и что?
— Да, и что вы хотите от меня, чтобы я их наказала, розгами или плетью?
Фук потупил взор.
— О чём вы думали, когда болтали им о карте? Думали, они на руках вас будут носить?
Фук молчал. Он, наконец, кажется стал понимать ошибочность своих разговоров о карте. Оливия, видя жалкий вид Арубатура, который сейчас больше походил на провинившегося ребёнка, мявшегося на месте и опустивший взгляд в палубу, перевела взгляд на корабль впереди.
— Переложить руль вправо! — скомандовала она рулевому. — Общий сбор!
Корабельный колокол ударил в набат. Из всех люков и дверей на главную палубу высыпали моряки. Несмотря на свою бесшабашность, дисциплину на корабле пираты соблюдали отменно. Буквально через три минуты команда была вся выстроена в три шеренги. Разновозрастная, полуобнажённая, дурнопахнущая и щурящаяся от солнца команда, следила за каждым шагом выхаживающей перед ними капитана.
— Каждый из вас видит впереди галеон! — Она остановилась, расставив ноги на ширину плеч и держа руки за спиной, продолжила:- Корабль, несущий наши деньги! Так возьмем своё! — В ответ команда оглушила торжествующим "ура!", тряся над головами мечами. — По местам! Приготовить крюки и кошки!
Фук осторожно укрылся за трапом на квартердек, пряча голову в плечи, не очень-то желая попадаться на глаза бегающим по палубе пиратам. " Может и этот будет пустой?" — успокаивал себя Фук, видя как легко "Глеут" догоняет галеон, но буквально через секунды, пеалосы того выпустили стрелы в преследователей. Одна из них, удачно застряла в трапе, в двух дюймах над головой Арубатура. Закричав от страха, Фук выскочил из укрытия и не зная куда ему теперь скрыться, стал носиться по палубе, на удивление жаждущих боя пиратов. Лишь сильный рывок Железной руки, привёл Фука в чувства. Дертап схватив Арубатура за шиворот, с необычайной лёгкостью поднял его и поставил к борту, рядом с собой.
— Ещё раз такое… — Фук, отошедший от паники, злобно посмотрел на пирата. — Ещё раз… Только один раз… И я…Я… за себя не отвечаю! — Впрочем, на его угрозы Железная рука никакого внимания не обращал. Он напряжённо вглядывался в приближающийся галеон, как на том готовились к обороне. Он был так близко, что это можно было увидеть не вооружённым глазом. До боя оставалось чуть больше корпуса.
— Пеалосы к бою! — Скомандовала Оливия. Капитан была уверенна в себе как никогда. Она стояла на квартердеке, гордо подняв голову и безотрывно глядя в подзорную трубу. Было видно как на галеоне готовились к бою, заряжая пеалосы и разбирая оружие. Её же пираты, грозя неприятелю мечами, кричали ругательства, стараясь таким образом устрашить противника. Но единственно кого им это точно удалось- это был Фук. Он снова спрятался, в помещении полубака и зажавшись в дальнем углу, дрожал, затыкая уши руками, дабы не слышать ора пиратов.
Снова послышался треск дерева. Галеон выпустил очередную порцию стрел из пеалосов и сломал часть фальшборта. К тому времени корабли почти поравнялись и храбрые пираты "Глеута", глядя на бесстрашные лица обороняющихся, кричали проклятья, ожидая, когда капитан отдаст приказ к штурму. Их глаза сверкали, а руки с нетерпением сжимали оружие.
Галеон выглядел достаточно богатым: с новыми белоснежными парусами, с роскошными фресками на корме, с тремя балконами, с богато одетыми офицерами в камзолы, с нашивками из балитона. Но главное, у него была сильная осадка, что говорило о его большой загруженности. Вопрос только чем? Тем не менее, добыча обещала быть богатой.
Корабли поравнялись бортами. Теперь и Оливия облачилась в кирасы и водрузила на голову шлем-морион с гребнем на тулье и поднимающимися вверх полями. В этом одеянии капитан выглядела ещё более грозно, несмотря на всю свою женственность.
— Из пеалосов по главной палубе… Стрелять!
Из портов "Глеута" вырвались стрелы, больше напоминающие укороченные копья, с треском ломая борта и палубы противника. В ответ градом стрел отметились лучники галеона и команда Оливии понесла первые потери. Четверо из пиратов замертво рухнули на палубу со стрелами в груди. Это только ещё больше разозлило нападавших.
— Спустить абордажные мосты! — Прокричала Оливия, так, что её голос был слышен в этом гаме звуков от трескающегося дерева, ругани моряков и криков от боли. Капитан освободила свой меч из ножен и подняла его над головой. — В атаку!
Её пираты только этого и ждали. Сразив часть обороняющихся ответной порцией стрел, они стали атаковать галеон. Из-за сильного завала борта брать на абордаж судно, было сложно и пиратам это стоило не мало сил и крови. На галеоне защищались мужественно, несмотря на значительные потери среди лучников, но массированный обстрел из луков со стороны нападающих сделал своё дело. Защитники галеона потеряли четверть своей команды, которая все же пока превосходила пиратскую в полтора раза. Воспользовавшись перестроением в рядах лучников галеона, первая часть пиратов смогла пробраться на корабль и ринулась в рукопашную, вторая долго ждать себя не заставила. Через небольшое время на "Глеуте" осталось около десяти пиратов, капитан и затаившийся в помещениях полубака Фук.
Уже с десять минут как на галеоне шла резня. Пираты теснили защитников к квартердеку, где бесстрашно орудовал мечом Железная рука. Дертап разбрасывал солдат галеона в разные стороны, а их мечи просто ломались и выпадали из рук после его ударов. Но, несмотря на удачное проведение боя, потери среди пиратов были не малыми. Оливия понимала, что захватить галеон малой кровью не удастся, но всё же, каждый упавший пират был ей как нож по сердцу. Оставшиеся с ней, обстреливали галеон из луков. Она же, всматривалась в картину боя через свою подзорную трубу, негодую по поводу ярости защищающихся.