— Поджигай стрелы! — Закричала Элифер Мариа, хотя та и находилась рядом, клацанье атакующих заглушал их голоса.
Раздался щелчок и горящая стрела угодила прямо в громоздящую кучу пауков, завязнувших в смоле. Пламя огня тут же вспыхнуло и в оглушающем клацанье запахло палёным. Мариа вошла в азарт, новая стрела заставило вспыхнуть пол у правого окна. Элифер тем временем сдерживала натиск с потолка. В отличии от Мариа, которая готова уже была спались весь дом дотла, ей удачно обороняться получалось плохо. Первые пауки уже спускались к голове Мариа и Элифер только и успевала обрезать их паутину и отпинывать насекомых за свечи.
Огонь от стрел перебросился на стены, но и он не мог остановить наступление ползучей армии. Движение их существенно замедлилось, но они упрямо наступали, сгорая в огне и издавая истошное клацанье и шипение. Но и девушкам долго находиться в доме нельзя было. Пламя огня поднималось всё выше, перебросилось на потолок и на время наступление прекратилось, но ядовитый дым резал глаза и стало тяжело дышать. Отбив атаку одной напасти, теперь им надо было спасаться от другой.
— За мной! — Наконец прозвучал приказ Элифер и кузнец ринулась через огонь к окну.
Мариа даже не думала отставать. Страх остаться здесь одной, превозмогал боязнь сгореть. Девушка, закрыв глаза рванула за Элифер. Огонь обдал её лицо жаром и в тот же момент она вывалилась из окна. Сильная рука тут же поставила её на ноги. В нос ударил острый запах обгоревших волос, но внимание на это Мариа не обращала. Она испуганно завизжала, когда заметила, что стоит на куче пауков и те копошатся на её любимых тёмно-коричневых туфельках. Весь участок перед домом кузнеца был усеян мохнатыми насекомыми, не тронутой оставалась только кузницу. Пауки, казалось, появлялись из неоткуда и шли в наступление на охваченный огнём дом. Дальше медлить нельзя.
Элифер, пробивая им дорогу, махала своими мечами с такой скоростью, что Мариа с трудом могла разглядеть их, но не они, а стремительность, с которой они двигались, спасала их. Они бежали прямо по спинкам пауков, под ногами раздавался противный треск раздавленных телец, но это только подгоняло девушек. Одиночные пауки, которые смогли зацепиться за беглянок, больно пощипывая, начали плести свою паутину. Холод от них стал пробираться всё глубже и глубже, заставляя движение беглецов замедлиться. Благо, к тому времени Элифер и Мариа успели преодолеть усыпанную пауками землю.
Видя, как армия захватчиков повернула в их сторону и ускорило наступление, Элифер сбив добрую половину прицепившихся с Мариа, приказала той бежать в кузницу и разжечь горн и держать там оборону. Мариа не задавая никаких вопросов, тут же рванула к воротам кузницы. Элифер последовала за ней, но быстрее обычного шага двигаться уже не получалось. Пауки, жадно пощёлкивая, оккупировали её ступни и продвигались вверх по телу.
Мариа повезло, возле горна оказалось масло, поэтому, смазанные им паленья, вспыхнули быстро.
В воротах появилась Элифер. Её ноги почти все были в паутине и она, еле передвигая ими, как могла, сбивала с себя мохнатых тварей. Видя такое, Мариа, вытащила первое же попавшее палено из горна и поспешила на помощь. Элифер уже остановилась в воротах и нападавшие, рекой хлынули на неё. Они захватили её по пояс, когда с отчаянным криком, который был больше похож на устрашающий рык, Мариа пламенем сбила часть пауков и силой втащила внутрь кузницы Элифер. Чиркая по полу паленом, девушка отчаянно защищала кузнеца, отбивая поток наступающих. Собрав все оставшиеся силы Элифер ползком пробиралась к огню. Пауки жадно щипали её тело, один добрался до волос, но кузнец не сдавалась и оторвавшись от сдерживаемого Мариа потока наступающих, двигалась к горну. Ледяная паутина завладела ещё большим участком её тела. Её пальцы, сжимающие мечи, посинели и не двигались. Острая боль пронзала их, но Элифер была уже возле огня. Мариа отступив к ней, обдала её тело пламенем и паутина, шипя, превращаясь в капельки воды, освободила значительную часть тела. Теперь пальцы ожили и могли держать горящее палено и отбиваться. Вскоре Элифер полностью освободилась от паутины, но девушки снова были загнаны в угол. На Мариа напало отчаянье, она, отмахиваясь от пауков, плакала, не успевая утереть слёзы и те падая на пол превращались в кристаллики льда. Кузнец окунула свои мечи в масле и подожгла их. Те вспыхнули ярким огнём, обжигая своим жаром.
— Вперёд! — Скомандовала Элифер.
Мариа вооружившись самодельными факелами наспех сделанные из поленьев, устремилась за Элифер на паучью армию к выходу. Водя по полу факелами и мечами, они расчищали себе путь, но сразу же за ними ряды пауков смыкались и устремлялись в погоню. Выбравшись за ворота кузницы, Элифер с сожаление заметила, что её дом охвачен пламенем, а кузница с крышей поглощена мерзкими насекомыми. Она беглым взглядом оглядела дорогу и часть видневшихся из-за забора домов Суфы, ища хоть какой-то помощи, но люди даже видя как полыхает дом кузнеца, не покинули свои убежища. Слишком не благодушно относились к девушке-кузнецу в деревне, часто называя её " ведьмой" или " исчадием зла" и посчитав, что властители Дириуса карают её, вмешиваться в их суд не собирались.
Прорвавшись к дороге Элифер и Мариа наконец смогли оставить чуть позади мохнатое войско, но то лишь отстало, но ни как не думало сдаваться. Перегородив часть дороги ещё горящими паленьями, они бросились в Кишурмах. Впрочем, факелы преследование почти не задержали и пауки практически настигли беглянок у городских ворот.
Молодой офицер охраны, резко подскочил к запертым воротам когда раздались быстрые, глухие удары с обратной стороны. Он даже не посмотрел на стражника, стоящего на сторожевой башне, впрочем, тот, в этот поздний час, мирно спал на посту.
— Именем короля! Откройте! — Услышал он и вздрогнув, выпрямился в струнку.
Удары не прекращались.
— Именем короля! Скорее! — Женский крик звучал отчаянно, теряя надежду.
Офицер посмотрел в смотровую щель и опешивши отпрянул, помотав головой. Надеясь, что, то, было просто видение, он снова приник к щели, но картина не изменилась.
На дороге, перед городскими воротами, какая-то женщина, ловко управляясь горящими мечами, которые постепенно гасли, отбивалась от огромного полчища насекомых, другая, без передышки колотила кулаками по воротам.
— Скорее откройте! — Закричала она, увидев, как смотровая щель открылась. — Тревога!
"Тревога", оказалось очень эффективным оружием, которое вывело офицера из оцепенения. Он тут же встряхнулся и отскочив от ворот, завопил во всё горло довольно высоким голосом: — Тревога! — Раздался глухой удар сигнального колокола. Охранник, собрался было бежать и сам куда-то, но новые удары с той стороны ворот, его остановили.
— Нам срочно к королю! Откройте, если не хотите лишиться своего звания!
Эти слова повлияли на охранника, тот суетливо заметался на месте и наконец отдал приказ поднять ворота. Женщины тут же вбежали и без каких-то объяснений удалились, оставив потерянного охранника одного перед армией пауков. Тот выпучив глаза, видя перед собой множество насекомых, которые надвигались, заорал и махая лихорадочно руками, упал и зажмурился. Мохнатые пауки, не дойдя метра до ворот, вдруг дались в рассыпную и за считанные секунды исчезли в просторах поля.
Прибывшие по тревоге солдаты, не увидели ничего подозрительного и обвинили молодого офицера в сумасшествии и злоупотреблении алкоголем.
Элифер стремительно подошла к столику, за которым сидели Дик и Лаварион. Ентри уже стоял перед ними, злобно смотря на Семиона. За ней засеменила испуганная Мариа.
— Я и не знала что вы такие заядлые натуралисты. — Сказала Элифер, почувствовав себя немного в безопасности и ослабив хватку мечей. — Насекомые просто без ума от вас! — Непонимание читалось на лицах мужчин. Объяснения последовали от Мариа:
— Пауки… Те самые…
Дикин тут же оказался на ногах. Не понимал в происходящем ничего только Лаварион. Он оглядывал каждого из четверых непонимающим взглядом, но ответов на свои вопросы не находил.