Вполне вероятно, что источником дошедших до нас легенд об Острове женщин послужил Миникой, самый южный остров из Лаккадивов, несомненно посещавшийся арабскими мореходами, которых, видимо, поразил уклад жизни на этом острове. На Миникое и в самом деле в давние времена предводительствовали женщины. Они владели домами, передававшимися по наследству лишь женщинам, и принимали все важные решения. Мужчинам отводилась подсобная роль: добывание пищи (главным образом кокосов и рыбы). Когда мужчина женился, он принимал имя жены и переходил жить в ее дом. Возможно, положение это имело причиной то, что женщины Миникоя постоянно составляли на острове большинство населения, ибо мужчины, будучи моряками, часто находились вдали от дома. Немаловажно и то, что в те времена Миникой (как и другие Лаккадивские острова) находился в зависимости от Каннанорского царства (располагавшегося на территории Индии), которому платил ежегодно дань в виде кокосовых тросов. Царством же этим правили женщины, наследуя трон друг у друга.
Легенды об Острове женщин, возможно, связаны и с индийской практикой сати — насколько странным, настолько и ужасным обычаем: чтобы не разлучать женатых людей после смерти одного из супругов, когда умирала женщина, с ней хоронили заживо ее мужа, а когда умирал мужчина, с ним хоронили его жену. Во время одного из своих путешествий Синдбад-мореход оказался в незнакомой стране, где попал в милость к царю. Царь этот женил Синдбада на местной женщине знатного рода, богатой и привлекательной. Синдбад жил с ней счастливо, но прошло время, и эта женщина заболела и умерла, и тут Синдбад узнал, к своему великому ужасу, что должен быть похоронен вместе с женой. Его схватили, насильно связали и, привязав к нему семь хлебных лепешек и кувшин пресной воды, спустили его следом за телом жены на веревке в колодец, оказавшийся огромной пещерой. Когда Синдбад отказался отвязать от себя веревку, люди, его заживо хоронившие, бросили ему конец этой веревки, после чего прикрыли колодец огромным камнем и ушли восвояси. Однако Синдбад сумел выжить в пещере, всякий раз убивая того, кого хоронили заживо вместе с умершим человеком, и завладевая его едой. В конце концов Синдбад однажды ночью услышал шум, производившийся диким зверем. Синдбад пошел следом за ним и увидел пролом в пещере, выходивший наружу. Протиснувшись в пролом, Синдбад оказался на морском берегу. Через несколько дней он увидел в море арабский корабль. Синдбад сумел привлечь внимание моряков, и те взяли его на судно, предоставив ему возможность пуститься в новые приключения.
Тринадцатого декабря «Сохар», покинувший Четлат, отделяло от Индии всего 170 миль. В этот день, к удовлетворению Джона Харвуда, нам наконец-то встретился кит. А на следующий день мы увидели целое стадо этих животных — особей восемь-девять. Киты плыли впереди нашего корабля, то погружаясь и в воду и исчезая, то снова всплывая, чтобы подышать воздухом. Временами они подымали в воздух чуть ли не все свое огромное туловище, чтобы затем с неимоверным шумом плюхнуться в воду. Иногда они подымали лишь голову и, казалось, как бдительные сторожевые собаки, взирали на наш корабль, следовавший за ними. Похоже, «Сохар» не вызывал у них опасения. Вскоре в 150 ярдах от нашего корабля проплыли девять касаток. Как и у китов, плывших впереди нас, «Сохар» не вызывал у них беспокойства, и они не спеша разрезали воду серо-зелеными плавниками. Пятнадцатью минутами позже показались еще шесть касаток, а когда ветер усилился и «Сохар» набрал ход, к носу судна пристроились два дельфина, принявшихся беззаботно резвиться.