Замок Флинт.
— Что происходит… — попытавшись поднять голову, Ричард понял, что не может этого сделать.
Голова болела и будто бы налилась свинцом, спустя мгновение он понял, что не в состоянии даже пошевелиться. Его тело не слушалось. Единственное, что он чувствовал, так это то, что лежит на мягкой постели. Но где? И как он здесь оказался? Что за чертовщина, чьи это дьявольские козни?! Ричард не понимал куда его привели, да и привели ли? Несмотря на головную боль, он силился вспомнить хотя бы что-нибудь, предшествующее этому весьма странному и пугающему событию.
Постепенно память стала возвращаться, он вспомнил, как в сопровождении небольшого отряда выехал на встречу с Генрихом, для того, чтобы заключить соглашение… Отдать ему наконец то, чего он так желал, и на что имел полное право. Ричард признал за ним это право, стремился побыстрее выполнить свои обязательства и забыть о своем кузене Болингбркое, как о кошмарном сне. Если он и был перед ним виноват, то признал свою вину в полной мере и готов был ее искупить.
Но, что же, все-таки с ним произошло? Он смутно помнил, как их окружили какие-то вооруженные люди… взяли в кольцо, как рыцари из его свиты отчаянно бились… но силы были неравны. Лязг и звон мечей, алая кровь, окрасившая зеленую траву, а затем тишина… пустота. Он потерял сознание, либо кто-то оглушил его ударом по голове. Судя по тому, что голова сильно болела, так оно и было. Засада. Значит, они попали в засаду. Но кто был виновником сего жуткого происшествия? Нортумберленд уверял его, в том, что опасаться нечего, что Генрих ждет его в Честере, для того, чтобы подписать соглашение, примириться и забыть обо всех раздорах. Солгал ли он? Ведь Ричард знал, что от кузена можно ожидать всего, чего угодно, так чему же было удивляться? Он должен был это предвидеть и взять с собой как можно больше людей, либо ожидать приезда Генриха в Конвэй.
Сделав над собой усилие, Ричард, все же приподнял голову над подушкой и с трудом сел на кровати. Комната, в которой он находился, была небольшой, хотя уютной и богато обставленной. Но, где именно он в данный момент пребывал, Ричард понять не мог. Внезапно, дверь в покои распахнулась, и он увидел вошедшего Генриха.
— Рад видеть Вас в добром здравии… кузен, — усмехнувшись странной, зловещей ухмылкой, Генрих подошел к его постели.
— Генри? Какого дьявола? Что… что происходит?! — Ричард был ошарашен его усмешкой, стальным взглядом его серых глаз.
Генрих возвышался над ним, молча смотря немигающим пристальным взглядом.
— В чем дело, Генри? — попытавшись взять себя в руки, Ричард постарался придать своему голосу твердости.
В конце концов, не пристало королю робеть в присутствии своего подданного. А Генрих, несмотря ни на что, все еще оставался его подданным.
— Не молчи! — Ричард начинал терять терпение. — Объясни мне, что происходит? Какого дьявола я здесь оказался, кто организовал засаду, почему мои люди были убиты?! Мы должны были встретится с тобой в Честере и подписать соглашение. Забери все! Мне ничего твоего не надобно.
— Слишком поздно, Ричард, — вновь усмехнулся Генрих. — Слишком поздно.
— Что ты… что это значит?! — Ричард почувствовал леденящий страх, волной накрывающий душу.
— Это означает лишь одно, мой дражайший кузен, — спокойно ответил Генрих. — Ты больше не король Англии. Ты — мой пленник.
Часть V
Тауэр, сентябрь, 1399 год.
Пустым и равнодушным взглядом Ричард смотрел на еду, стынущую на серебряной тарелке. Единственным, что он отведал за целый день, было вино из кубка. Ему хотелось выпить как можно больше, и наконец забыться. Забыться, уснуть, а затем проснуться, и убедиться, что все, произошедшее с ним в последнее время всего лишь дурной сон, кошмар, развеянный ласковым рассветным солнцем. Но он понимал, что даже если удастся забыться и ненадолго уснуть, пробуждение вовсе не будет приятным, а ночной кошмар никуда не исчезнет, не развеется, как туманная дымка по утру.
Ричард знал, что конец близок. Пришло время расплаты за грехи. Расплата в лице его жестокого кузена, того у которого он отнял, принадлежащее ему по праву. Но ведь он готов был вернуть все назад! Да вот только Генриху было мало того, на что он имел полное право, он решил забрать и то, на что никаких прав не имел. Ему нужна была ни много, ни мало корона Англии и абсолютная власть. Кузен желал мстить ему, упиваться властью, растоптать и уничтожить его.