− Нет. Европа для меня началась с Португалии. На ней же и закончилась. Не знаю, почему я заодно не проехала соседние страны. Я бывала только в аэропортах, но это не то.
− У тебя ещё будет шанс объездить Европу. Когда я называю тебя жаркой, как Тоскана, я хочу, чтобы ты понимала, о чём речь, − Виктор поцеловал её влажную шею. − Но сначала Амстердам. Это самый красивый город на земле. Тебе понравится. Однажды мы там побываем.
«Однажды» после всего произнесённого звучало как «никогда».
Амстердам − всего лишь единственная точка на земном шаре. Маленькая точка, которая, однако, управляла им издалека.
− С кем ты празднуешь Рождество?
Виктор пожал плечами.
− Ни с кем.
− Ты останешься один?
− Пустяки. Найду занятие. Работа. Спортзал. Выставки, которыми пренебрегал. Не волнуйся обо мне.
− А твои друзья? — Мия не просто не была знакома ни с кем из приятелей Виктора. Она о них даже ни разу не слышала.
− У меня нет. Откуда у психопатов друзья?
− Вик!
− Ты нашла против меня оружие, − оценив обращение, он мягко улыбнулся. — Мои друзья остались в Амстердаме.
Всё застопорилось на Европе. Как прокажённая дыра, которая пугала его, не позволяла даже приблизиться к себе.
− Ну, а просто приятели?
− Здесь у меня нет никого, с кем бы хотелось что-либо праздновать. Я много времени провёл наедине с собой, ни с кем по-настоящему не сближался. Работа, развлечения не в счёт. Ты спросишь, а как же бдсм-тусовка. Там я тоже ни с кем не завязывал близких отношений. В своё время я задержался в ней, потому что люди спрашивали обо мне. Говорили, я хорош. Это место прекрасно тем, что там можно быть собой. Или не быть собой − смотря что тебе необходимо. Все подчёркнуто нейтральны друг с другом. И всем плевать, кто ты есть на самом деле. Главное, кто ты здесь и сейчас.
− А ты не хочешь куда-нибудь выбраться на праздник?
Виктор вопросительно замолчал.
− Я не говорю об Амстердаме. Европа-то большая. Можно начать с чего-то другого, − Мия сглотнула ком в горле. − Например, с Португалии.
Виктор отрицательно покачал головой.
− Я не против, если ты поедешь со мной. Уверена, мы найдём билеты на завтра.
Задумчивость Виктора из хмурой стала вновь мягкой.
− Расскажи лучше ты о своих родителях. Почему они выбрали переехать именно Португалию?
Мия перевела дыхание.
− Однажды они поехали туда в отпуск. Затем снова. На следующий год для разнообразия выбрали Майорку. Но на обратном пути домой всё равно заглянули в Лиссабон. Так они поняли, что это любовь с первого взгляда. И решили переехать. Исполнить мечту их ничего не держало. Они оба могут работать по профессии в любой точке земного шара. Мой папа в инвестиционном деле, а мама…
− А твоя мать офтальмолог, я помню.
Мия удивлённо моргнула. Она рассказывала об этом тысячу лет назад.
− В общем, они нашли жильё в провинции Алгарве, побережье атлантического океана на юге Португалии. Самый заметный дом по левую сторону от берега. Самый ближний к морю, крайний. Его все знают.
− Ты сказала, они поселились в деревушке.
− Да. Алмансил почти деревня. Население чуть больше восьми тысяч, так что…
− Ты единственный ребёнок в семье?
− Да. С этим связана интересная история. У родителей долго не было детей. И в какой-то момент они развелись.
− Ты имеешь в виду, расстались?
− Нет, они были официально женаты. Им поставили бесплодие неясного генеза. Они лечились, но ничего не получалось. Затем подали на развод. Мама говорила, что в том возрасте это казалось лучшим решением. Но спустя несколько лет они снова поженились. И родилась я.
Виктор задумался.
− Ты очень тепло о них отзываешься. Теперь всерьёз побаиваюсь, что завтра ты улетишь и останешься там навсегда.
− Нет. Я вернусь.
Перегнувшись через бортик, Мия обняла Виктора. Как хотела целый вечер. Мокрая грудь крепко прислонилась к ткани рубашки. Но Виктора это не побеспокоило.
− Я буду писать тебе сообщения каждый день, − пообещал он. − Обязательно утром и вечером. И, если позволишь, чаще.
− Ты спрашиваешь разрешения?
− Разумеется. Полагаешь, я как психопат стану накручивать тебе счётчик входящих?
Мия хихикнула.
− Ты едешь к родным. Им будет не хватать твоего внимания, если ты прилипнешь к своему телефону.
− Но я ведь не в силах запретить писать мне.
− Ты можешь больше, чем думаешь.
− А ты можешь делать всё, что захочешь. В том числе писать и звонить, когда пожелаешь. Я даже настаиваю.
− Благодарю.
− Да пожалуйста.
Иногда Виктор казался ребёнком. Его приводили в восторг простые вещи. Он ценил то, что многие не замечают. А временами он казался стариком, за плечами которого слишком много груза. Удивительный человек.