Солнце лизало открытые участки кожи. Наваливалась блаженная лень и сонливость. Из сладкого транса Мию выхватило треньканье телефона.
Victor Van Art
Я до сих пор не получил видео.
Надеюсь, всему виной проблемы со связью, а не твоя жестокость.
Ты всё не успокоился?
Это возможно?
Какая бесподобная настойчивость, на грани отчаяния и моления. Мия решила держать марку до конца. Хотелось узнать, так ли всё с Виктором плохо, как представляется на первый взгляд. И верно. Через пару минут он снова принялся за своё.
Victor Van Art
Зачем ты так поступила со мной?
Я вынужден принять меры.
И что ты мне сделаешь? Я в другом городе.
Ты не пробудешь там вечно.
Придёт время, и я займусь тобой.
Как страшно.
Ты ходишь по тонкому льду.
Наверное, я был слишком мягок с тобой. Я это исправлю.
Любопытно, на что Виктор способен? Но выведать эту информацию путём провокаций — занятие слишком рискованное. Хоть и волнительное.
Victor Van Art
Мия. Я жду.
«Зачем ты так поступила? Давай ещё!»
Ты звучишь смешно.
Нежная моя.
Продолжение.
Пожалуйста.
Ах «пожалуйста»? Уже лучше.
Ты знаешь цену.
Невыносимая.
Тут помогла бы хорошая порка.
Эм…
Я тебя очень хочу.
Мия даже села от неожиданности. Виктор сформулировал своё желание в простую честную фразу. Такую точную, бьющую в яблочко, в самую суть. Это было не в его стиле. Он любитель выражаться загадками. Дело очень, очень плохо.
Попроси ещё.
За излишнюю сучистость Мия извинится перед всеми богами позже. Виктор прямо сейчас так нуждался в ней. Шанс поиздеваться над ним слишком соблазнительный.
Victor Van Art
Сеньорита. Пришлите, пожалуйста, ещё немного вашего великолепного чувственного тела.
Почему ты такой послушный?
Сам себя спрашиваю.
Не надейся отвлечь меня от того, что я прошу.
Не просишь. Требуешь.
Допустим.
Мия!
Я жду.
Сначала ты.
Что с тобой такое сегодня?
Скажем так, у меня кружится голова.
От того, что вся моя кровь перетекла в пах.
Кто бы ты ни был, отдай телефон моему Виктору.
Да что с тобой происходит?
Ты сама запустила эту машину.
Так или иначе, я всё сказала.
Ты даже не догадываешься, на какое наказание нарвалась. И как с каждым отказом усугубляешь своё положение.
Не рассчитывай, что расстояние и время что-то изменят.
Мой пыл неумолим и память у меня прекрасна.
Да. Ты точно не остынешь и не забудешь.
Ты хоть раскаиваешься?
Мия. Ты не можешь так жестоко поступать со мной.
Ты горячее ядра земли.
Серьёзно, кто ты и куда подевался Виктор?
Эти выражения не из его лексикона.
Возможно, ты не знакома с этой моей стороной.
Или наоборот знаю тебя слишком хорошо.
Такие фразы не могли принадлежать её чопорному парню. Ни при каких обстоятельствах он не стал бы демонстрировать свою слабость. Так откровенно преподносить её на раскрытых ладонях. Какая муха его укусила?
Мие нажала на имя Виктора в списке контактов.
− Ты слишком быстро печатаешь, я не успеваю, − заговорила она сразу, как подняли трубку. − И мне нужно убедиться, что это действительно ты.
− Это действительно я. Что насчёт печати: ловкость пальцев и никакого мошенничества.
− Я соскучилась по ним. Я соскучилась по многим частям тебя, но по ним особенно. Они мои любимчики. Всегда знают своё дело…
От собственного откровения по позвоночнику Мии прокатилась дрожь.
− Виктор?
− Я только сейчас подумал, как просчитался. Мне следовало дать тебе с собой какую-нибудь игрушку. Ты бы познакомилась с ней поближе и не ощущала себя одиноко…
− Пришли мне свой прекрасный член, и мне не придётся скучать.
Виктору потребовалось целое мгновение, чтобы среагировать. Жар плеснул Мие на щёки.
− Ш-что?
Это уже больше на него похоже. Мия засмеялась.
− Не заставляй меня повторять. С тебя фото. И вторая часть видео танца — твоя. Решайся.
− Нет, − прозвучал предсказуемый ответ.
Несгибаемый. Зато теперь окончательно стал собой.
− Мия. Не шантажируй меня и не бери на слабо. Ты ничего не добьёшься.