− Ты держишься! Понимаешь? Ты сам держишься. Ты плывёшь!
Он неверяще проследил за своими руками под водой.
− Я плыву.
Мия счастливо захохотала. Хотелось издать победный клич. Так по-детски наивно, облегчённо и громко, чтобы сорвать к чертям горло. Получилось! Виктор скованно улыбнулся, находясь мыслями где-то далеко, и вдруг посмотрел на Мию, как на незнакомку. Вода продолжала держать его, а он − подчинять её себе. Осознав, что способен на большее, он сократил между ними расстояние. С губ его уже сошли остатки улыбки, а взгляд приобрёл осмысленность. Виктор смотрел и смотрел, до неприличия глубоко и обволакивающе, и никак не мог остановиться. Решительность была резким контрастом на его лице.
− Я люблю тебя.
Слова прозвучали просто, без надрыва. Как самая обыкновенная вещь на земле. Но Мия замерла на два удара сердца.
И мир вокруг застыл.
Воздух стал тяжёлым, обжигающим грудь. Перебирая под водой руками и образовывая круги по поверхности, Мия ошеломлённо изучала тёмные глаза напротив. Отблески лунного света в них.
− Это так плаванье подействовало? − Несмелая улыбка задрожала на её губах.
− Да.
Мие хотелось так много сказать. Но все просящиеся слова обрушились в горле. Казалось, всё, что она может сейчас произнести, будет неуместным глумлением.
Ей хотелось так много сделать. Но, кажется, она и так уже сделала всё.
.
Песок сразу же пристал к мокрым ступням. Млея, Мия заставила Виктора опуститься на землю. Не порыв чувств, а настоящий приказ. Сердце выстукивало в унисон с сердцем моря. Перекинув колено поперёк чужих бёдер, она устроилась сверху и поцеловала Виктора. Множество хаотичных движений совершали её обезумевшие руки, то хватая, то отпуская. Её колотило от адреналиновой смеси и пробирающего холодного воздуха.
Ладонь Виктора легла на затылок Мии, пальцы погрузились в слипшиеся пряди, легко касаясь у самых корней. Слегка застонав, она приоткрыла губы, и ловкий язык осторожно скользнул между ними. Дрожь от холода и эмоций уступила место другой — жаркой и сладкой волне разливающегося океана чувств внутри.
Придержав Мию за плечи, Виктор слегка отклонился назад.
− Осторожно, − зрачки его с мерцающей россыпью тёплых звезд напоминали небо в эту яркую ночь. − У меня только одно сердце. Сжалься надо мной****.
Капли моря на их телах отражали не только луну. Но и, казалось, внутреннее свечение двух душ. Высыхая, вода быстро исчезала с кожи. Наверное, в галактике ярче умирают только суперновые.
.
* "Please don’t touch. Help us preserve the art" - рандомная надпись на табличке какого-нибудь музея :)
** песня "Pretty Woman", Roy Orbison
*** Шекспир, "Гамлет".
*** цитата Конора Ладлоу из к/ф "Исчезновение Элеанор Ригби"
Часть 27. Оттянутый момент
Скрип колёс и плавное торможение автомобиля разбудили Мию. На веки давил дневной свет, хотя американское солнце не было насыщенным в это время года. Ни в какое сравнение португальскому.
Прервав насевшую на салон тишину, телефон Виктора подал сигнал входящего.
− Слушаю.
Мия машинально угадывала суть беседы по отдельным фразам: «Здравствуй. Замечательно. А как ты? Рад слышать». Совать нос не в свои дела она не собиралась. Но в противном случае ей пришлось бы заткнуть уши. Голос Виктора был единственным звуком в салоне.
− Сожалею, но я больше не беру часов.
Под ложечкой неприятно засосало. Не исключено, что подобный звонок не первый, а Виктор не раз уже произносил заученный отказ.
Тишина затянулась. Наверное, он закончил разговор. Мия так и не решилась открыть глаз.
− Я знаю, что ты не спишь, − неожиданно прошептали у самого её лица.
Мия моргнула, сонно заёрзала на боку.
− Не знала, закончил ли ты, − щека прижалась к спинке кресла, а ясный открытый взгляд остановился на Викторе. — Это звонила твоя…
− Да.
− Ладно.
Он задумчиво погладил большими пальцами нижнюю часть руля.
− В сущности, она просто была не в курсе, что род моих занятий кардинально поменялся.
− Я понимаю.
Мия быстро потянулась к его рукам, и Виктор раскрыл ладони навстречу её прикосновению. Как всегда делал, когда Мия нуждалась в нём. Она погладила его ногти, тонко выраженные сухожилия. С мрачным удовольствием отметила для себя, что ревности не испытывала. Может, меньше, чем пятнадцать часов назад, было бы иначе. Но теперь Мия знала о своём месте в сердце Виктора.
− Ты скучаешь по этому прежнему… роду занятий? — взгляд неуверенно остановился на его подбородке, не смея подняться выше.
Уголки губ Виктора задрожали в короткой улыбке.
− С тобой скучать не приходится.