Не отреагировав, Виктор снова замолчал. Он бездумно изучал ладони Мии, мягко потирая их. Его взгляд погрузился в себя. Время от времени Виктор отстранялся от происходящего. Надолго или на короткий миг. Он нуждался в этом мнимом пространстве, чтобы остаться наедине с собой. До мозга костей творческий человек. Они по своей природе одинокие, оторванные ото всех и целого мира и иногда глубоко несчастные.
− Ты поедешь со мной? − заговорил Виктор вновь.
− Я думала, это очевидно.
− Бюджет этого мероприятия я обеспечу.
Мия цокнула.
− Нарочно меня достаёшь?
Виктор поцеловал уголки её губ по очереди и прошептал:
− Спасибо.
− Ты благодаришь меня за то, что хочешь познакомить с семьёй? − Мия занервничала, не зная, как правильно реагировать на всё это. − Если кому и благодарить, то мне. За проявленное доверие.
Конечно же, я снова хочу увидеть твой город. Снова хочу увидеть в нём тебя.
− Через неделю, − сообщил Виктор.
− Так скоро?
− Это проблема?
− Нет. Просто немного волнуюсь.
− Почему?
− Это же твои родители.
А вернее один конкретный родитель − мама.
− Не беспокойся. Они тебе понравятся.
− Ты как не от мира сего! − несерьёзно возмутилась Мия. − Я не боюсь, что твои родители мне не понравятся. Я боюсь не понравиться им.
Виктор с убеждённым несогласием покачал головой, точно на наивные заявления ребёнка о всяких глупостях.
− Это невозможно. Ты обладаешь удивительным даром вызывать симпатию у всех людей вокруг.
.
* - Набоков.
Часть 29. Возвращение
За окном такси мелькал силуэт эклектичного Амстердама. Место, узнаваемое своими улицами. Узкими, приткнутыми друг к дружке домами с наклонными фасадами, что любовались собой в отражении каналов. Город с запоминающимся лицом и яркой внешностью, вызывающий, кричащий. Свободный. Он толерантно сочетал архитектуру старого и нового времени, суетливый трафик пешеходов, автолюбителей и велосипедистов. Амстердам преобразился, густо позеленев: по Европе вовсю шагала весна.
Поверх сцепленных друг с другом пальцев Мии опустилась чужая ладонь.
− Всё в порядке? − забеспокоился Виктор. − На тебе лица нет.
− Просто немного напряжена.
− Перестань. Что такого может случиться? − он подвинулся ближе к ней. − Совершенно нелепая ситуация. Во-первых, ты понравишься им, иначе и быть не может. Во-вторых, даже если выйдет иначе, всё равно не стоит так сильно переживать.
Паника преследовала Мию с американского аэропорта. Длинный перелёт − сам по себе испытание. А этот, по очевидным причинам, дался ей вдвойне непросто.
− Мне важно им понравиться. Это не просто какие-то люди…
− Хорошо, согласен… Но ты понравишься им. Обещаю. Поверь мне и расслабься.
Его бедро игриво толкнуло стиснутые колени Мии.
− Я… не знаю, что ещё сказать…
− Тогда просто скажи, что я прав.
Мия фыркнула. Чувственный поцелуй коснулся её виска.
− К тому же, у тебя уже есть опыт. И в прошлый раз ты вела себя спокойнее.
− Это другое. То был твой отец…
− Есть разница?
− Мх-х, − Мия задумчиво усмехнулась. − Мамы всегда смотрят внимательнее.
Виктор покачал головой, точно услышал огромное заблуждение, но больше не стал переубеждать. Он взял ладони Мии в свои руки и начал гладить их кончиками пальцев. Мия не разделяла его уверенности, но приняла успокаивающую ласку. И проверенный экспресс-способ снять тревогу сработал: сомнения понемногу утихали. Это ничего, что она предполагает самое худшее. Ей страшно, и накручивать себя в подобной ситуации − нормальная реакция. Тем более времени, чтобы волнение разрослось до паранойи, не осталось. Пешеходы, велосипедисты и автомобили встречались реже на пути − такси въезжало в спальный район. Вскоре оно свернуло в замкнутый жилой квартал и высадило пассажиров в конце улицы.
Родовое гнездо Виктора представляло собой двухэтажный дом из светлого камня. Вдоль его центральной части тянулась широкая лестница. Полукруглой площадкой заканчивалась подъездная зелёная аллея. Парадную дверь венчала каменная балюстрада, огибающая лестничную зону.
Внимание Мии привлёк рокот мотора. Въехавший во двор автомобиль прошуршал шинами по мелкой насыпи и остановился. Не закрыв за собой дверь, с водительской стороны вышел человек.
− Засранец! − Он опасно наступал на Виктора всё ближе, всё стремительнее. − Ненавижу тебя!
Мия попятилась, невольно закрывая собой Виктора. Не успела она опомниться, как незнакомец заключил его в крепкие объятия.
− И я рад тебя видеть, − Виктор приветственно похлопал человека по плечу.
Глупо уставившись на них, Мия оторопела.