− Так написано в книге, − ответила она честно. − Господин, сэр и другие обращения…
− Мия… − он в обманчиво-любопытном жесте склонил голову. − Отвечай только на вопросы. Был ли в моей прошлой фразе вопрос? Нет. Что-то указывало на то, что тебе следует комментировать мои слова? Нет. Значит, ты должна молчать. Очевидно, на тебе работают только радикальные методы. Мне придётся вытрясти из тебя послушание. Или заткнуть твой болтливый рот кляпом.
− Да, спасибо.
Принимать волю дома с повиновением и благодарностью, — это тоже написали в книге.
Он слегка опешил, качнулся назад. Теперь его взгляд пронизывал.
− Ты чересчур говорливая. Я не раз озвучивал твои права здесь. Ты не способна запоминать? Или нарочно не слушаешь? Мы в этой комнате в третий раз, ты была уже обязана выучить правила.
Происходящее не походило на две предыдущие встречи. Он набрал скорость, и Мию начало слегка потряхивать. Она вполне могла не выдержать и вылететь на крутом повороте.
− Видимо, я недостаточно строг. Считаешь, я мягок? Или даже ласков?
− Нет.
− Это верно. Потому что я могу быть очень груб с тобой. Этого ты хочешь?
− Нет.
− Тем не менее, я накажу тебя. Третья встреча, а ты допускаешь простые ошибки. Я этого так не оставлю.
Мия растерялась. Ощущение от нежных прикосновений его руки, там, в гостиной, ещё не остыло в её ладони. А теперь она буквально налетела на стену жёсткости. Смена темпа, будто рывок на идеально гладкой дороге.
Она позволит кому-либо так обращаться с ней?
Волнение переплелось с желанием, что тлело внутри весь день. Что едва утихло, когда ей показалось сегодня, что придётся всё отменить.
Он подошёл к станку. Тот, в отличие от прошлого раза, стоял в другом углу.
− Иди сюда.
Мия послушалась.
− Ты получишь пять ударов по своей непослушной заднице. Считай вслух, раз уж тебе так нравится трепать языком.
Он не запугивал. Наоборот, всё выглядело так, словно для него не происходило ничего чрезвычайного.
− Ляг грудью на станок и прогнись.
Промедления он не потерпел.
− Выполняй.
Станок был не выше обычного стола. Мия опустилась на него корпусом, как было велено. Во всяком случае, она так думала.
− Неправильно. Бёдрами не касайся поверхности. Только грудью и животом.
Мия слегка подвинулась назад. Кожаная обивка оказалась немного прохладной. Прикрытые лишь тонкой тканью несчастного сарафана соски быстро наливались чувствительностью.
− Думаешь, я буду шлёпать тебя через платье? Может ещё прикроем твой зад подушкой?
Мия запуталась, стоит ли ей отвечать, но её опередили.
− Приподними юбку.
Она в самом деле это сделает?
Вцепившись в края платья, Мия неловко потянула их вверх, открывая бёдра и немного ягодицы.
− Твоя задница нужна мне полностью.
Конечно же.
Ткань уже не помещалась в кулаках, поэтому Мие едва удалось выполнить приказ.
− Я даю ещё одну попытку, а затем сам задеру это миленькое платье тебе на голову.
Мия вдруг поняла, что делает не так. Она просто недостаточно прогнулась, поэтому юбка сама опускалась вниз. Выставив задницу дальше, она, наконец-то, смогла подняла платье выше.
− Сильнее прогнись.
Мия и так делала это максимально. Немного расставив ноги, она ещё чуть-чуть выгнула спину. Тело как назло стало деревянным, неуправляемым.
− Ещё.
Она упрямо подалась задницей назад и столкнулась с его пахом. Это невольно заставило её слегка выпрямиться.
Стон досады застрял в горле. Я не могу.
− Ты не умеешь прогибаться? Мне научить тебя выполнять такую ерундовую вещь?
− Я не…
Он ловко надавил ей на поясницу и одновременно − под коленями, заставив Мию схватиться за края станка, чтобы не упасть. Отлично. Теперь её полуголая задница выставлена вверх. Локоть он не убирал с её спины, словно приучая к позе, заставляя застыть в ней. Между лопатками Мии прокатилась щекотка.
− Не пытайся сопротивляться. Ты только усугубляешь своё положение.
Наконец, давящая на поясницу рука исчезла. Мия не смела пошевелиться, хотя стоять на полусогнутых ногах было проблематично. В животе хлестал жар, спускаясь вниз и вниз.
Она пыталась отстраниться от происходящего, выйти из собственного тела. Тогда, возможно, её сердце перестанет так колотиться о рёбра.
Это действительно происходит с ней? Разве она должна так мысленно закрываться? Разве это не значит, что она хочет, чтобы всё поскорее кончилось?
Едва Мия совладала с собой, как её трусы оттянули вверх. Ткань собралась между голыми ягодицами.