София отмерла первая. Она взбежала по короткой лестнице и бросилась обнимать Виктора. Её плечи затряслись, а лицо, прячась, уткнулось в грудь. Виктор что-то шепнул ей на ухо. Вскоре его окружили остальные. Артур похлопал по спине, Ксандр с широкой улыбкой пожал Виктору руку. Ной радостно юлил вокруг, выпрашивая внимания. Мия осталась в стороне поодаль от лестницы. До неё долетали лишь обрывки слов. Все говорили оживлённо, с избытком, сбивчиво прерывая друг друга, и абсолютно счастливо. Мия почувствовала что-то не поддающееся описанию. Чтобы проанализировать природу этой эмоции, ей потребуется какое-то время.
Виктор, окружённый улыбками, выглядел таким любимым. Таким нужным им всем и для каждого из них.
Поймав на себе взгляд, он посмотрел на Мию и улыбнулся.
«Иди сюда». Его пристальное внимание заставило повиноваться немой просьбе. Но она застыла на полушаге. И тогда Виктор сам спустился с лестницы.
− Сюрприз, − проговорила Мия с радостью, на которую была способна сейчас.
Их губы в чувственном порыве соприкоснулись, разделяя воздух.
.
Табия — в шахматах хорошо изученная дебютная позиция, с достижения которой игроки начинают делать собственные, не «книжные» ходы.
Часть 34. Пятеро архетипичных героев
Живительная энергия и позитив били из Артура ключом. Таких людей, как он, называют «неунывающие оптимисты». Жизнь для них играет красками, а каждый день становится нежданно-негаданным приключением. Глядя на него, хотелось просто улыбаться.
Вместе с Виктором Артур обустраивал на пляже местечко для пикника. Ксандр занимался грилем на внутреннем дворике коттеджа. Мия с Софией − приготовлением мелких закусок.
− Те мини-сэндвичи с холодной телятиной, бесспорно, хороши. Но что-то посущественнее сегодня намечается? − ответ Артур прекрасно знал. Его комментарий был лишь неизящным подкатом в сторону Ксандра. − Дружище, тебе помочь? Уже пятый час тут возишься.
− Потрясающее чувство времени, милый друг, − радость свободы от шуток Артура продлилась для Ксандра недолго. Его бытовая немощность буквально доводила Артура до истеричного хохота. Но Ксандр с завидной щедростью разрешал дражайшему другу измываться над собой. К слову, эти двое, судя по всему, обожали друг друга.
− Глубоко извиняюсь за своё вмешательство в творческий процесс жарки. Но мы там с мсье Ван Артом, прощу прощения, хер без соли доедаем, ты можешь уже ускориться?
− Изысканное начало светской беседы двух джентльменов, Артур, − возмутилась София. − Не приставай к нему.
− Кто ему вообще доверил стейки?
− Я, − отозвалась Мия. − А что?
− Мия! Ты в курсе, что этот избалованный фертик ничем подобным ни разу не занимался? Посмотри на эти бледные изнеженные ручки, что никогда не держали ничего тяжелее ложки…
− Всё выходило замечательно, пока ты не пришёл раздавать свои ценные комментарии, − Ксандр, орудуя транжирной вилкой, проверил мясо на готовность.
− Отстань уже от него, − велела София. − Все участвуют в приготовлении обеда, мы же вместе отдыхаем.
− Но кто мне запретит контролировать его потуги. А ты что хотел, дружище?
− Тишины и покоя, − без надежды озвучил Ксандр.
− Ну, этого не будет, − Артур явно входил в юмористический раж.
Вскоре от гриля слегка потянуло горелым. Учуяв запах, Артур рассмеялся в голос, едва ли не складываясь пополам. На глазах его выступили слёзы. С окончанием истерики он в издевательской манере привалился на Ксандра и похлопал по спине.
− Вот правильно говорят, дай дурачку хер стеклянный. Он же и хер разобьёт и руки порежет.
− Ты мне надоел, − Ксандр повёл плечом, сбрасывая с себя раздражающие объятия. Впрочем, безуспешно.
Артур не иначе затылком ощутил вонзившийся в него взгляд Софии.
− Да перестань, любовь моя, он же души во мне не чает, клянусь. Скажи им, дружище? Скажи, что дня не выживешь без моих выспренних шуточек.
− Просто хватит уже говорить слово х… − София осеклась и сердито закончила: − Это слово на «х»!
Ксандр вновь невозмутимо смахнул чужую руку со своего плеча, как надоедливую муху. Он знал, Артур не был глумливой сволочью, и юмор приятеля его по-своему забавлял. Просто на лице Ксандра веселье проявлялось весьма сдержано.
− Не смешно уже, − шикнула София, состроив угрожающее выражение.
− Немного смешно, − жизнерадостно парировал Артур. − Ладно, хватит пока с вас. Закуски готовы? Я отнесу.
− Балабол, − беззлобно поругала София и всучила ему корзинку с провизией.
− Verrek!¹ Я же отвечаю за юмористическое дыхание этого дня, критиканы!
− За юмористическую отдышку, − буркнул Ксандр себе под нос.
Лицо Артура ликующе просветлело.