− Знаю всё о твоих планах. Будешь очень послушной девочкой и ляжешь спать.
− Неа, − отклонившись чуть назад, Мия недвусмысленно села на то место, где с минуты на минуты должна была появиться соблазнительная выпуклость. − Спать − не про меня. Отдаваться похоти и разврату − вот про меня.
− Боюсь, тебе придётся закончить это прямо сейчас.
Руки на мужской груди внезапно подломились. Мия рухнула вниз, выбивая из Виктора весь дух. Оставшись довольной такому удачному падению, она лизнула привлекательную дугу Купидона его губ. Такая восхитительная, плавная линия…
− Мия…
Её неутолимый рот рвался в настоящий бой. Она напористо сжала в ладонях лицо Виктора, начав покрывать его жадными мокрыми поцелуями, прикусывать кожу на подбородке и щеках. Всё это сопровождалось звуками нападения.
− Мия!
− Я тебя просто сожру сейчас, − прорычала та, тяжело дыша Виктору в шею. Желание дурачиться быстро сменилось волной крепнувшего с каждой секундой возбуждения. В ушах пульсировали удары собственного сердца. Пьяное сознание давало телу волю от зажимов и стеснения. Но сигналы протестов Виктора становились всё активнее. Мие пришлось отстраниться.
− Ну что такое? − разочарованно простонала она.
− Прости, милая. Но ты слишком пьяна.
− Пф-ф. Я в состоянии разобраться, хочу ли я, чтобы ты поскорее спустил свои штанишки. Спойлер: хочу.
Тягучее ответное дыхание лаской дразнило кожу Мии. Взгляд резался об острые скулы Виктора. О заметные сейчас желваки на челюсти. На фоне белоснежной кожи лица выделялись сочные раскрасневшиеся губы. Мия надавила на их уголки пальцами и, не сдержавшись, снова напала в поцелуе. Её тело заёрзало дико, настойчиво, создавая пощипывающее статическое электричество.
− Твои родители случайно не худож-ж-жники?
− О нет, − Виктор тяжело вздохнул, − только не это…
− Тогда откуда у них такой шеде-эвр-р-р?! А? А?!
− Мия, − он осторожно прижал её руки по швам, заставив остановиться. − Я уже не могу тебя сдерживать, чтобы не причинять боль.
− Зачем ты вообще препятствуешь моим благим намерениям? Ты же, ты, да ты… − мыслительный процесс затянулся на целую минуту, пока Мия подбирала достойный аргумент, и вдруг: − Ты же мой парень!
− Великолепно, − без восторга оценил Виктор. − И?
− И ты должен причинять мне ласку и любовь, вот!
− Мия, пожалуйста…
− Да почему нельзя?
− Я не могу так поступать. Кем ты будешь завтра считать меня?
Стон в ответ выразил весь объём досады и умиления.
− Только ты мог сказать такое. Обожаю тебя, − и пока не последовала новая порция протестов, Мия вновь заткнула Виктору рот губами. Пируя победу, она елозила по затвердевшим соскам под тканью чужой футболки. Предвкушая, как будет брать всё это тело, пока не запросят пощады.
− Мия…
Она резко оборвала поцелуй, сорвав с его губ прерывистый вздох.
− Виктор!
− Что?
− Помолчи, пожалуйста.
− Ангел мой, послушай, − его скулы еле заметно порозовели. − Я не сношаюсь с нетрезвыми женщинами.
− Сношаться? − нервно-изумлённый смешок вырвался из её горла. − Ох. Только ты мог отказать по подобной причине. Обожаю тебя.
Виктор удержал её негрубо, но настойчиво, давая время остыть от своей страсти. Но каждое прикосновение к спине заставляло Мию по-кошачьи прогибаться в пояснице. Дыхание стало пугающе частым, отрывистым и пышущим.
− Тебя не тошнит? − Виктор собрал её волосы и перекинул на одно плечо.
− Тошнит! От твоей щепетильной правильности. Предлагаешь просто лечь спать, будто мы престарелые супруги?
− С удовольствием поддержу твоё сладострастное настроение завтра, когда ты протрезвеешь.
− Ладно. Значит, завтра тоже. И завтра, и сегодня, как скажешь, − её голос вибрировал и сочился игривыми нотами. Пальцы нашли пояс мужских брюк, потянули за резинку, но были тут же перехвачены. − Я сейчас концы отдам, если ты продолжишь в том же духе…
− Никто от этого не умирал. Не преувеличивай.
− Я буду первой, − циркулирующий в крови алкоголь поддавал энергии. Ладони Мии протиснулись под самую вредную во всей галактике задницу, с удовольствием помяли её, наслаждаясь упругостью. − Предлагаешь мне воздержание?
− Не воздержание, а сдержанность. Хотя бы на один вечер, − он не дал себя поцеловать на этот раз. − На счёт три я переверну нас.
− Нет! − попытавшись предотвратить намерения Виктора, Мия со всей силы вжалась в него. Но учитывая их неравные весовые категории, у неё бы всё равно ничего не вышло.
Виктор под ней мелко затрясся от смеха.
− Моя девочка, ты же не думаешь, что сильнее меня?
Осторожно обняв её, он перевернулся, укладывая Мию на спину. Издав недовольное мычание, Мия не позволила с себя слезть. Как дикая кошка она впилась в его плечи, задрожала. Длинные ноги сомкнулись в прочный замок на мужской талии. Похоть и невыносимый жар, текущий прямо по венам, побуждали двигаться быстрее, вжиматься сильнее. Но будучи придавленной весом жилистого, но тяжёлого тела, ей почти не удавалось справляться с этой задачей. Мия капризно взвилась, сдавшись на секунду.