«Часто мы не видим в человеке личность, а лишь отражение своей тени. Других людей нет − есть "я" и отражение "меня" в окружающих», − сказал тогда доктор Шин.
Мия долго отрицала его слова. Она совсем не видела в бывшей подруге свои пороки. И только спустя пару лет поняла, что имел в виду психолог. Холланд заключала в себе напоминание о неудаче Мии. Холланд поддержала её в тяжёлое время, но как только Мия излечилась, то предпочла полностью оставить период реабилитации позади. Человек бросает костыли, как только они становятся не нужны ему.
В глубине души Мия корила себя за непорядочное поведение. Только подлецы используют других, принимая помощь, пока та им нужна, а затем просто уходят. Но с другой стороны, дружить из благодарности − тоже довольно подло.
Мия вспоминала эту историю довольно редко. Причин не было. Но вот теперь в её жизни происходило что-то ужасающе похожее. Она понемногу догадывалась, что именно. И оттого хотелось сильнее свернуться в комок и заскулить.
В сломанный слив уходила остывшая вода, и белоснежная ёмкость медленно пустела. Но Мия не обращала внимания, продолжив лежать в позе эмбриона на дне мелко наполненной ванны. В какой-то момент своих водных процедур она просто погрузилась в мрачную болезненную меланхолию.
Когда-то Виктор сказал: «Я не хочу, чтобы ты меня спасала». Больше всего он ненавидел собственную слабость: быть от кого-то зависимым и полагаться на другого человека в очень личных вещах. Он боялся, что люди заметят, как сила его духа не всегда успешно сопротивляется разрушительному действию «болезни» − прошлому. Виктор считал, Мия и так увидела слишком много, и это непременно сделает его непривлекательным слабаком в её глазах. Он предупреждал с самого начала: «Ты мне нравишься, но сейчас не время», говоря тем самым: «Мне заново придётся учиться здоровым отношениям». Позже Мия пообещала: «Я не буду спасать, я просто буду рядом». И с парадоксальной надеждой следовала своей клятве и понемногу давала Виктору понять: она (как и любая другая девушка) не исчезнет так же трагично, как исчезла однажды Аллегра.
Всё это время рядом с розовым сиянием счастья в голове Мии множились предчувствия. Но они − очень зыбкая почва для серьезных решений, поэтому Мия удачно их игнорировала. Заслонённые любовью глаза не замечали предупреждающие знаки и маркеры, но сердце подсказывало. Совсем недавно Мия заставила себя думать без оглядки на собственные ожидания. И ответы на давно мучавшие её вопросы не заставили себя ждать.
Мия была лекарством.
Бинтами или шиной.
Таблетками от обезболивания.
Она стала Виктору лекарством, как когда-то ей лекарством послужила Холланд. Эта мысль оказалась такой невероятной в своей простоте и точности, что вместе с ней Мия будто повзрослела. Она долго чувствовала себя рыщущей по лесу гончей и вот наконец-то услышала запах верного следа. И хотя собственное умозаключение ей не понравилась, Мия не могла не признать: с ним стало намного легче. Потому что если проблему можно чётко обозначить, то вопрос уже наполовину решён.
Теперь в общую картину происходящего обосновано вписывалось рвение Виктора показать Мию своей семье и друзьям. «Видите, вот оно, моё лекарство, я излечился, я сумел». Он так хотел их прощения. Он так хотел их принятия.
Неизбежно подкралась и другая мысль: не лекарства лечат. Они лишь стимулируют организм исцеляться самому.
Роль, что Мия сыграла в жизни Виктора, не обижала её. Послужить мессией − не вынужденный героизм, а её личный искренний выбор. Куда больше волновало, что скоро исцелённый поймёт: не стоит делать лекарства частью своей жизни. Как только от «костылей» нет проку, от них избавляются. Они не просто неудобны. Они напоминание о плохом времени, и одним только видом угнетают все достижения человека. Лекарство связано с нехорошими событиями, с болезнью, унижением и сложным эпизодом, когда чуть не упал на дно. И отказываться от него после излечения − не подлость, не предательство. Напротив, это совершенно здоровая привычка, доказывающая, что психологической привязанности к спасителю не возникло.
Конечно, Виктор благодарен Мие. Долг перед нею подталкивает его к поступкам искупления. Он даже звал её замуж, чтобы доказать, насколько ценит её появление в своей жизни.