Стоит ли допускать момент, когда, глядя на неё, он увидит уже не Мию, а свой период реабилитации? Стоит ли ждать, когда бремя прочитается в его глазах, как по открытой книге? Вопросы, разумеется, были глубоко риторическими.
Исходов Мия видела несколько. Осталось только решить, к последствиям чего она готова больше.
Конечно, она искала доказательства ошибочности своих предчувствий. Но как бы сильно влюблённость в Виктора ни снизила её критическое мышление, Мия всегда где-то на подкорке знала: она − временное явление его жизни. Порой человеческий разум ищет ответы на вопросы, которые являются давно решёнными для сознания. В глубине души мы давно уже сделали выбор интуитивно. Но склонный к сопротивлениям ум всегда старается отсрочить намеченные шаги, подкидывая всё больше сомнений. К тому же, очень больно отрываться от того, кто пустил в тебя свои корни. Всё, чем Мия занималась до сих пор, было упрямой попыткой тянуть их медленно. А корни продолжали расти, цепляясь за камни и почву её глубокой привязанности.
Она так погрязла в самообмане, что успела уверовать в него. Мия даже думала, что становится заменой Аллегре. Что послужило определяющим фактором для этой мысли? Глупость же полная. Никакая она не замена. Она лекарство от бывшей любви Виктора. На лекарстве не женятся. Не превозносят. Не держат рядом. Лекарство принимают по назначению, а потом избавляются от него, пока не появилась зависимость. Отрицая очевидное, Мия терзала себя одержимостью этой девушкой. Она то хваталась за каждую крупинку информации о ней. То безуспешно игнорировала её. Мия просто не понимала, какое место отдать Аллегре в своей голове. Она так мало знала о ней, а всё, что знала, было добыто или додумано самостоятельно. Из уст Виктора Мия никогда не слышала сердечных слов о той, кто буквально забрала с собой часть его души. И оттого призрак бывшей любви Виктора становился всё более угрожающим в своей тайности и силе. Мия боялась настаивать на объяснениях. Это то же самое, что вторгаться в личное, чужое и хрупкое. При этом испытывала гипертрофированное чувство вины в те моменты, когда выискивала информацию об Аллегре сама. Ей казалось, ещё чуть-чуть, и Виктор всё поймёт. Он заметит, словно на руках Мии оставался уличающий налёт её слежки, как пыльца с крыльев ядовитой бабочки. Но и бросить свою одержимость тоже не выходило. Мия искала источник, который привёл бы её к пониманию. Она искала его во всём вокруг. И Аллегра становилась то точкой отсчёта, то прицелом, то одной из составляющих её тщательного анализа. Кем бы Мия её ни нарекла, Аллегра никогда не была потерянным звеном цепи. Это Мия пыталась встать на место этого звена. Впрочем, безуспешно. Она никогда не сумеет обогнать призрак. Аллегра обыграла её даже с того света.
Подтверждение собственных догадок не стало неожиданностью и оказалось куда менее приятным заключением, чем ожидалось. В болезненных рассуждениях Мия неизбежно подобралась к единственно верному финалу. Решение пришло без её спроса. Человек всегда знает, как поступить. Трудность же заключается в том, чтобы именно так и поступить. Ещё издали завидев непростой исход, душа Мии начинала сопротивляться и искать пути отступления. Но время почти истекло. Не стоит допускать момент, когда они с Виктором неизбежно возненавидят друг друга. За умалчивания. За бессознательные от немых обид поступки.
Совсем немного Мия тревожилась, что Виктор, имеющий склонность слишком увлекаться своей женщиной, воспротивится и сделает что-то беспримерно глупое. Ведь он уже проявлял психологическую нестабильность в критическом состоянии. Но Мия предпочла радикально отказаться от этого страха и оставила его на совесть Артура, Софии и Ксандра. Она не сталкивалась с безрассудной стороной личности Виктора, и, если честно, верить в неё у Мии не получалось. В этом вопросе она придерживалась курса доверия. С Виктором всё будет хорошо.
Так странно. Она готова на жертвы из любви, хотя ни разу в этой любви не призналась. Ни разу не сказала о ней тремя простыми и древними, как мир, словами. Лишь одна неудачная попытка, после которой Виктор попросил: «Сделай это, когда действительно захочешь». И было множество мгновений, когда Мие в самом деле этого хотелось. Но она так и не сказала. Просто с Виктором ничего не уходило в слова и термины.
Конечно же, я влюблена в тебя.
При слове «любовь» перед моими глазами всплывает исключительно твой образ. Прежние отношения стали почти пресными. Ещё чуть-чуть, и они полностью утратят для меня свой вкус. В них не было ничего, что я испытываю с тобой.