Сорок девять. Пятьдесят. Мия села.
− Похвально, ты справилась без ошибок. Теперь до восьмидесяти. И смотри на меня.
Взгляд Виктора блуждал по её лицу почти хищно. Мия могла бы пройтись голой по Таймс-сквер, и не испытала бы такую уязвимость, как под его вниманием.
Ещё немного. И… восемьдесят! Мия поднялась на колени.
− Отлично. Ещё раз до сорока.
Качнувшись в сторону, он заставлял почти потерять себя из поля зрения. Это могло бы сбить со счёта. Но Мия не отвлекалась, следуя взглядом за ним и за внутренним тиканьем секунд.
Виктор тронул её щеку. Сорок. Мия снова села на колени и коснулась губами его ладони.
− Ещё.
Сначала она не поняла, что от неё требуют. Но заметив подставленную руку, быстро прижалась к ней губами.
− Будь ласкова.
Мия пробегалась короткими поцелуями по всей ладони. Виктор раскрывал её навстречу всё больше. Поцелуи выходили горячими и немного влажными от дыхания. Свободным от них не осталось ни одного миллиметра — от запястья до кончиков пальцев.
Мия сама не заметила, как стала тереться о верёвку между ног. Знакомая щекотка внизу живота оживала. Мия знала, чем всё кончится. Это не было похоже на предыдущие встречи. Сейчас она испытывала ещё и откровенное сексуальное удовольствие. Это немного отвлекало её от задачи. Поэтому вскоре её внимание привлекала небольшая пощёчина. Мия снова припала губами к ладони Виктора. Красивая и изящная, но сильная и опасная. Сладкая волна окатила низ живота. Раз, второй, третий и тусклый четвёртый.
Двадцать один, двадцать два, двадцать три, двадцать четыре, − как учили.
Сквозь поцелуи она часто задышала Виктору в ладонь.
Оргазм получился сдержанным — ещё бы, его ведь достигли украдкой.
Мия боялась лишь одного. Уткнувшись в руку Виктору, она притихла, как мышка в лапах кота.
− Займи свою позу на кушетке.
Именно этого.
Мия медлила, оттягивая момент. Возможно, она бы успела немного высохнуть. Но путь до кушетки всё равно занял лишь несколько секунд.
Просто покажись ему уже, он всё равно тебя заставит.
Мия опустилась на колени и, опираясь на плечи, выставила задницу назад.
− Прекрасно выглядишь. Особенно теперь.
Все мышцы задрожали. Ещё немного, и Мию бы просто подкосило.
Пара минут звенящего ожидания, и ей стало плевать, какой Виктор видит её.
Прикосновение к её запястьям заставило вздрогнуть — впервые за сегодня в этой комнате. Виктор развязал ей руки. Потёр своими сильными и нежными пальцами немного воспалённую кожу.
− Можешь лечь, как тебе удобно.
Мия аккуратно стекла на бок. Сзади ей поправили платье, прикрыв задницу. Как с неё срезали верёвки, она не помнила.
Виктор спокойно наблюдал за ней. Выровняв дыхание, Мия села и накрыла его ладони своими − они сами потянулись за прикосновением. Руки Виктора были тёплые, но не липкие. Лишь кончики пальцев всегда оставались прохладными.
Ощутив чужую потребность, он подвинулся ближе и мягко обнял Мию. Она в безопасности.
− Всё хорошо?
− Да.
− Ты умница. Отлично получилось.
– Правда?
– Правда. Тебе понравилось?
– Да.
А тебе?
Виктор отстранился, чтобы их взгляды встретились. Мия невольно потянулась обратно в его объятия.
− Ещё немного?
− Пожалуйста.
− Конечно, − Виктор снова обнял её.
Мия прижималась всей грудью к твёрдой мужской груди, стараясь не думать, как между ног всё ещё мокро и теперь ещё и холодно.
Невольно скосив взгляд, Мия посмотрела в район паха Виктора. Ширинка торчала так, как ей обычно положено торчать. Не более.
Ничего? Совсем ничего? Или нужно проверить лучше?
Коснуться его Мия не решилась.
− Хочешь отдохнуть не здесь? − спросил Виктор, и его мягкий тембр словно обласкал раковину её уха.
− Да.
Даже предложи он ей свою спальню, сейчас Мия была не против всего, что там могло произойти.
.
В спальню её не пригласили. Мия привела себя в порядок в ванной и выпила порцию воды в гостиной.
«Не хочу, чтобы ты обезвожилась», — настоял Ван Арт, проследив, чтобы стакан опустел. Мия прощупала в этих словах намёк на определённую потерю жидкости из её тела.
Перед уходом ей сказали любопытную вещь:
− В другой раз пойдём значительно дальше.
Часть 8. Испытание и штраф
На следующий день Мию одолевало моральное похмелье. Понимание, что именно произошло вчера, навалилось на неё с самого утра. Она была связана. Она подчинялась. И ей это нравилось. Она кончила, чёрт возьми! Прямо перед Ван Артом. Глупо надеяться, что он не заметил. Во всяком случае, вероятность слишком мала.