− Кому вообще есть дело до статусов в наше время?
− Ох, Мия. Много кому. София − не просто богатая дамочка и будущая наследница, она благородных кровей. А я простой как табуретка. Все, кто говорят, что разница сегодня не помеха, ошибаются. В реальной жизни социальный статус − ни хрена себе препятствие. Её родители не обрадуются, если она приведёт в семью парня без роду и племени. И точно не придут в восторг от перспективы оплачивать нашу свадьбу. Ей нужен родовитый муж, с которым она могла бы обсудить дела семейства и приумножить богатства. Вот как сегодня и всегда это работало.
− Но вы же шесть лет вместе. Вряд ли в её семье ни разу не поднималась тема твоего происхождения и вашего союза, − дождавшись, пока официант оставит их заказ и удалится, Мия продолжила: − И вообще, не надо жить за счёт чужих решений. Принимай свои.
− Я не намерен просить её делать выбор, который в итоге поссорит её с семьёй. Это эгоистично − лишать её наследства.
− А от неё откажутся?
− Неясно. Что, если ей всё же поставят ультиматум? Я не хочу… Я знаю, что обо мне думают.
− А я-то считала, что тебе плевать на мнение окружающих.
Артур грустно хмыкнул.
− Знаешь, как я понял, насколько мы разные? Однажды я был на обеде в её доме. Гости ушли прогуляться по саду, но вскоре настал момент позвать всех обратно в особняк. И что сделал я? Вышел и позвал. Вот прям как есть: проголосил на всё поместье. Потому что для подобных мне первые порывы − вещь естественная. До меня сразу не дошло, как вызывающе это будет выглядеть. Во мне просто нет природного понимания, что не принято в культурном обществе. Я могу годами учить, какую вилку за какой использовать, а потом просто выйти во двор и во всё горло проорать, как дикий индеец, запрыгнувший на свою кобылу. Я никогда не питал иллюзий насчёт женитьбы на Софии. Мы с ней − два мира, которые никогда не пересекутся. Но я так и не смог определиться с собственными ожиданиями. Я не хотел думать о том, что однажды мне придётся с ней проститься. Но час рано или поздно наступил бы.
По мере того, как с его губ срывалось всё больше признаний, выражение лица Артура менялось. Оно становилось всё менее живым, всё более отстранённым.
− Если ты изначально был бы неугоден её родителям, разве они не запретили бы ей вообще с тобой встречаться?
− Она их любимая дочь, они бы не стали, − он увёл взгляд, позволив себе отвлечься на собственные безрадостные мысли. − Я думаю, все просто ждут, пока она нагуляется, а потом выйдет замуж за кого положено.
Сожаление, глухое и бессильное, стукнуло в сердце Мии тяжелым молотом.
− Ты имеешь в виду Ксандра?
− Например, его.
Это было заявлено нарочито бесстрастно, однако, с криком души, с долей еле прослеживаемой и тщательно скрываемой обречённости.
− Я и сам понимаю, что он ей более подходящая партия. Подростком он брал уроки по фехтованию и этикету, пока я бездельничал. Они с Софией растились вместе, на общих интересах, увлечениях, что обособленны от всякой массовости. С самого рождения их учили достойно вести себя. Отличать дурновкусие от чувства прекрасного, я не знаю, что там ещё… Не исключено, что их даже подружили друг с другом с дальнейшими перспективами на будущее. Их семьи давно закованы деловыми узами. И размеры их родовых капиталов тому доказательство.
− Ты тоже не пальцем деланный. Твоя профессия − ведущая для всего человечества, и довольно прибыльная. Ну, ты не благородных кровей, и что? Сейчас даже члены королевских семей скрепляют себя узами брака с простолюдинами.
− Да кто, хах? Кто из элиты приближает к себе простой народ, Мия?
− Много кто!
− Ну да, ну да.
− Хочешь, чтобы я привела конкретный пример? Ты этого хочешь? Хорошо. Да. Сейчас, − мозг Мии начал свою усердную деятельность, и вдруг сознание осветилось точно яркой лампочкой. − Принц Гарри и Меган Маркл!
Артур заливисто рассмеялся, продемонстрировав свои очаровательные ямочки на щеках.
− Ну ты как скажешь.
− А что? Чем ты хуже?
− Спасибо за лестное сравнение, − скромно и немного грустно оценил он. − Буду держать это в голове, чтобы не падать духом.
Несмотря ни на что Мия знала: ему приятна её поддержка.
− Если однажды Джей Ло и Бен Аффлек сойдутся снова, я поверю в любые чудеса.
− Так и будет, − убедила Мия.
Артур посмотрел перед собой как-то слишком сосредоточенно, словно видел какие-то образы. Сведённые челюсти, вздёрнутый в странной, не до конца осознанной решимости подбородок. И потухший взгляд.
− Мне жаль, Артур. Твоя дилемма и правда звучит дерьмово. Но всё же ты не учитываешь мнение Софии. Ты освободил её от себя, думая, что делаешь для неё лучше. А ты спрашивал, что думает обо всём этом она? Ты предлагал ей уехать за тобой?