Желание мести пополам с сомнениями атаковали разум. Виктор пытался подавить в себе разочарование от собственной нерешимости. Бояться — нормально. Он ведь ставил на карту не только чужую жизнь, но и своё будущее. Виктор не хотел, чтобы эта минутная слабость сбила его с толку и намеченного пути. Сегодня он хотя бы знает, куда едет ублюдок. Сегодня ублюдок останется один, и это повышало шансы на их встречу тет-а-тет. Когда ещё представится такой удачный случай?
Закрыв на ключ квартиру, Виктор вышел навстречу своей цели. Он шёл и шёл, пронзая узкие улицы насквозь. Деревья смыкали ветви над аллеями, образуя подобия пугающих туннелей. Как правило, в моменте перед последним прыжком останавливаются на самом краю…
.
Входная дверь оказалась не заперта − кто-то нагрянул с очередной проверкой.
− Опять ты. Посчитаем вместе до десяти?
− Нет, стой там! − София быстро обогнула стол, препятствуя приближению Виктора. − Дай мне просто сказать!
− Минута пошла.
С недавних пор он принял правила игры: сначала честно дать Софии возможность исполнить то, за чем она пришла, а затем потребовать уйти. Удивительно простая сделка, но работала.
Прежде чем взять решительный настрой, фон Гельц помолчала, взвешивая слова.
− Я хотела сказать, что была не права. Недавно поняла, за что ты злишься, и причина показалась мне вполне оправданной. Я часто очерняла Аллегру, опираясь на одни лишь домыслы, и ты поддался моему влиянию, в чём теперь раскаиваешься. Но я не желала ей зла.
София всегда считала Аллегру немного странной, неврастенической. А Аллегра, зная о её отношении, дразнилась со свойственной себе несгибаемой манерой. Виктор никогда не вмешивался в этот скрытый конфликт. Но видя, как вызывающе Аллегра ведёт себя с такой интеллигентной персоной, как София, он ощущал собственную внутреннюю свободу. Виктор себе такого не позволял, но, глядя на Аллегру, думал, что может.
− Всё?
− Нет, − София замешкалась, пальцами отбив дробь по полированной поверхности спинки стула. − Я тоже злилась на тебя всё это время. Но только потому, что терпела неудачу за неудачей в попытках получить хоть какое-то понимание твоих поступков. Теперь я осознала, что в злости на других тебе было легче пережить происходящее. Это просто защита и способ сохранить рассудок. И я прощаю тебя и хочу снова напомнить, что ты можешь рассчитывать на мою дружескую поддержку. Я знаю, что ты чувствуешь, поверь.
Виктора охватило негодование. Что она может о нём знать?! София решила, что его проблема исключительно в затянувшейся скорби. Но ему не просто не хватало Аллегры. Он чувствовал свою вину за её смерть. Из-за его импульсивного идиотизма она умерла. И с силой вины могла сравниться разве что ненависть к её мучителям.
− Убирайся прочь, − равнодушно бросил Виктор. − Если не понимаешь, могу продиктовать по буквам.
− Где ты пропадал сегодня? − вдруг горячо выпалила фон Гельц. − Скажи мне.
− На сеансе психотерапии.
− Если бы.
− Значит, у родителей.
− Не… неправда.
− Тогда гулял.
− Что за придумывание в моменте?
Зачем они все спрашивают, и так зная, что он начнёт громоздить горы лжи?
− В комнатах теперь такая непривычная чистота, − София отвела взгляд, будто боялась выдать мысли. − Странно это всё.
− Я в завязке, решил отметить, заказав себе клининг.
− Правда?
Довольствуясь тишиной в ответ, София с тяжелой усталостью выдохнула.
− У меня уже пропало трезвое понимание, когда ты врёшь, а когда честен. Кредит доверия к тебе отрицательно растёт с чрезвычайной скоростью. Ты уже истратил все шансы это изменить. Последний ушёл вместе с попыткой утопиться.
Виктор надавил пальцами на прикрытые веки.
− Сколько раз повторять: я не топился, мне стало плохо от антидепрессантов!
− У тебя всегда виновато всё вокруг, но не экстази!
Лишённый последних сил Виктор просто ждал, когда что-то неизменно приведёт её в ярость, и София повернётся на сто восемьдесят градусов и умчится прочь.
− Раз таблетки не подходят, вы должны вместе с врачом подобрать новые.
Она провела ладонью по чистой поверхности комода, надеясь распознать в этом неожиданном порядке какой-то подвох. София не знала, что разгадка ко всему весьма прозаична: накануне собственник квартиры просто пригрозил Виктору выселением, если тот продолжит разводить гадюшник.