Он знал, что ему опасно касаться этой девушки, но упрямство − его старая разрушительная привычка. Влекомый плотскими инстинктами, влекомый желанием, чтобы всё вокруг сгорело в их огне, Виктор попрал собственные же правила. У него получилось бы взять под контроль свой чрезмерный натиск, если бы Мия подала хоть малейший сигнал протеста. Но она и не думала обороняться, а отвечала со встречной страстью, и Виктор увязал в ней всё глубже и глубже. Каждый маленький звук, который она издавала, сливался в одну прекрасную симфонию. Как он мог сдержаться? Она же сама нежность во плоти. Виктор думал лишь о том, чтобы поскорее вкусить эту нежность целиком. Он не мог больше просто смотреть, не мог больше отказывать себе. Какие принципы? Какие дистанции? Какие меры предосторожности − он сдался в тот же вечер.
Виктор был зол на Мию в той же мере, в которой и хотел её. Хотя злиться было и глупо. Не она руководит правилами. Не Мия отвечает за границы и рамки. Не её вина в том, что она настолько привлекательна для Виктора. Он слишком долго смотрел на неё масляными глазами − неудивительно, что Мия без труда нащупала его слабое место и уложила в постель с левого мизинца. Виктор − сам здравый смысл, сама уравновешенность, само воздержание… Смешно… Его при первой же возможности отделали по полной программе.
Почему он настолько примитивен? Девушке было достаточно поманить его видом своего влажного прохода, и он просто уступил примитивной похоти и нужде тут же заполнить его.
Быть может она и подставила своё прекрасное тело в приглашении, но и ты не животное, чтобы тобой помыкали инстинкты.
Собственная слабость угнетала. Виктор пытался найти в случившемся и положительные стороны. Иногда всё выходит из-под контроля, и не в нашей власти на что-то повлиять. Это сильнее нас. Может, оно и к лучшему. Может, он, разок пропустив её через койку, наконец-то успокоится. Хотя своим срывом Виктор сдал Мие все козыри. У произошедшего, если уж она расценит его как домогательства, были все шансы омрачить Виктору существование.
Он снова сказал себе: самое время распрощаться с этой девушкой. Но затем вспомнил, что на смену старым правилам могут прийти новые догмы и новый порядок. Через неделю оговорённые с Мией обязательства оказались прерваны им. Она больше не клиентка. Но и связь с ней, как с остальными женщинами, Виктор не оборвал. Внутренние колокола усиленно грохотали. Пора. Пора. Эта девушка скоро покинет свой инфантильный период, и вместе с ним уйдёт и вся её псевдострасть к БДСМ. Закончится и страсть к тебе.
Виктор потребовал с себя новое обещание: больше никогда не переходить границ. И нарушил его на следующей же встрече. Увидев поблёскивающий от естественных соков след на бедре Мии, он без колебаний собрал его кончиком языка. Вдруг стало так важно попробовать эту девушку на вкус. Впрочем, взбудораженный разум отказался как-либо анализировать этот поступок. Усталая злость на себя была перманентной эмоцией, и Виктора она уже едва ли выводила из равновесия.
Ты социальное существо. Как у любого социального существа твой разум торжествует над телесностью. Не будь рабом инстинктов и секундных эмоций. Избавься от неё! Скажи ей перестать приходить сюда, и твои мучения кончатся. Просто возведи между вами расстояние, и её флюиды больше до тебя не достанут, а примитивное желание беспрерывно сношаться с этой девушкой исчезнет само собой.
.
Она влюблена. Так и сказала. Значит, ей нужны отношения. А после стольких лет в безэмоциональной изоляции Виктор утратил тягу к подобному приватному удовольствию.
Он не представлял, как объяснить Мие, зачем до сих пор хранит память о бывшей возлюбленной. Зачем цеплялся за неё, чувствуя, что иначе потеряет, а её образ навсегда его покинет. Как объяснить Мие, что это за чувство, когда сердце разбивается, а от ощущения осколков внутри боишься свободно вздохнуть. И ждёшь в полном отшельничестве, когда придёт новая вода и обточит слишком острые края. Как ей рассказать, что несколько лет назад с него содрали кожу, оставив душу открытой и незащищённой, а на месте раны пока ещё не наросла новая плоть.
Вопросы чувств друг к другу они прежде не затрагивали. Подобные слова просто не шли с языка в моменты игр. Теперь всё зашло дальше некуда.
Мия отказывалась верить, что Виктор всё это время просто работал с ней, а происходящее было для него обезличено. О, как она отреагировала на просьбу уйти. Чуть в глотку ему не вцепилась. Чувство пренебрежения её симпатией явно ей в новинку, а отстранённый голос Виктора она приняла за личное оскорбление. С твёрдой решимостью и отсутствием колебаний девушка не слушала его доводы и почти дошла до упрёков.