Мия была уверена: ещё чуть-чуть, и она взорвётся. И сила взрыва станет такой, что пошатнутся стены дома. Но пока рушились только стены её выдержки. Она тяжело дышала, в силах только брыкаться в своих ремнях. Во власти, стягивающей не хуже ремней. Но скрыть желание было уже невозможно. Его доказательства в виде смазки отпечатались на внутренних сторонках бёдер.
Спустя целую вечность Виктор сжалился. Теперь он водил стеком по коже и тут же бил по тому же месту. Облегчение заполнило Мию до краёв. То, что надо. Она и не догадывалась, как сильно в этом нуждалась.
Когда её тело стало невыносимо гореть, всё кончилось.
− Сейчас я сниму повязку. Не открывай сразу глаза.
Перед веками посветлело, Мия медленно моргнула. Освобождая её конечности, Виктор тёр пальцами места, где ремни соприкасалась с чувствительной кожей. Обычно заботится он уже в самом конце.
− Я ещё не получила наказание, − тихо проговорила Мия.
− А до этого ты получала поощрение?
Мия растерялась.
− Да, Виктор.
Ему заметно пришлось по душе то, что она сказала.
− Умница. На колени в середину комнаты.
Команда подействовала на Мию как никогда раньше: ей нельзя было противиться. Ничего важнее этого нет сейчас.
Виктор обошёл её сзади. Связал руки за спиной.
− Хорошо, что напомнила о наказании. За это я разрешу тебе самой его выбрать.
Нависшая тенью фигура вселяла волнение. Но смягчённый тон разбавлял общее напряжение. Это было похоже на чередование грубости и ласки. Поощрения и наказания.
− Верёвка, − сказала Мия единственное, в чём была уверена.
− Верёвка, − в голосе Виктора прощупывалась усмешка. — Хочешь, чтобы я тебя связал? Думаешь, я не знаю, почему тебе это так нравится? Думаешь, позволю тебе в качестве наказания потереться о верёвку?
Мия облизнула пересохшие губы.
− Хорошо. И чем мне тебя связать?
Мия посмотрела на комод, откуда Виктор обычно доставал все необходимые вещи. Потом в замешательстве перевела взгляд на Виктора. Он с вызовом ждал.
И что ей делать? При должной сноровке возможно открыть выдвижной ящик без рук, одним ртом?
Виктор проследил за тем, куда смотрит Мия. Казалось, он видел насквозь, какие суетливые мысли она перебирала в голове.
Мию осенило. Ей не обязательно искать верёвку. На Викторе был вполне подходящий ремень. Подойдя к нему на коленях, она потянулась ртом к пряжке. Виктор не протестовал, будто рассчитывал, что Мия в последний момент растеряется и отступит.
Как бы не так.
Вообще-то она уже практиковалась в этом. Не сложно вытащить ремень из пляжки. Сложно потом вытянуть его из всех шлёвок.
Вцепившись зубами в продетый через пляжку край, Мия высвободила шпенёк. Вскоре оба края были рассоединены. Ремень теперь держался только на шлёвках брюк.
Мия посмотрела вверх. Глаза Виктора потемнели от расширившихся зрачков. Он был… растерян?
Взявшись за край без пляжки, Мия вытянула ремень из одной шлёвки. Её колени горели, а шея затекла от напряжения. На кожаной поверхности ремня оставалась её слюна.
Останавливая Мию, Виктор опустил ладонь на её щёку.
− Достаточно. Твоё рвение очень похвально. Но мы побережём твой хорошенький рот.
На языке появился металлический привкус крови. Кажется, Мия прокусила губу. Но её ничего не смущало сейчас. Она переиграла Виктора. Заставила его первым отступить. Оно того стоило.
Виктор принёс из комода тонкую верёвку. Сделал несколько сложных узлов под ключицами Мии, между грудями, выше пупка и на его уровне. Затем связал узлы у лобка, оставив между ними петельки и выемки, и продел в них верёвку. На бёдрах он навязал такие же узлы, пропустил верёвку между ног, и, проведя её через всю спину, закрепил сзади*.
Мия наблюдала за Виктором, почти не мигая. Совершенство, погружённое в своё занятие. Недосягаемое совершенство. Мимолётная жажда овладеть этими вечно сжатыми в сосредоточенности губами заставила Мию сократить мышцы таза. Шарики внутри неё снова дали о себе знать.
Она застонала, когда её резко приподняли за верёвки.
− Ох, твои колени, — сказал Виктор. — Плохи дела. Нам нужно остановиться.
− Нет! Всё в порядке.
Мие было плевать, что стряслось с её коленями. Рывок, поднявший её с пола, привёл в движение шарики в ней, а верёвки удачно впились между ног. Меньше всего Мие хотелось закончить сессию вот так. По венам разливался огонь. А пространство вокруг заискрилось. Она бы всё отдала, чтобы к ней прикоснулись сейчас. Вполне определённо прикоснулись.