− Не соглашусь. Быть может, я и махровый консерватор большую часть времени, но не чужд раскрепощённости, когда дело касается сексуальной составляющей моей жизни. А интимные разговоры − часть этой жизни. Ко всему прочему, мы уже делали это, с чего бы мне вдруг выступать против?
− Ты помнишь, − спросила Мия без вопрошания и остановилась, будто ей не хватило дыхания произнести до конца задуманную фразу.
− Я помню всё, − так же неслышно сказал Виктор. − Не знал, что помнишь ты.
− Вообще-то это был один из самых эротичных моментов в моей жизни, − Мия спустила с плеч пальто. Вдруг стало так жарко.
− И всё же, дело не в том, как мы к этому относимся, а в том, что это значит. Наше поведение слишком интимно. Это флирт.
Мия ответила, пропуская между слов небольшие паузы:
− Вероятно, сейчас я иногда веду себя несколько странно. И это сбивает тебя с толку…
− Да, ты часто посылаешь мне неоднозначные сигналы, − с чётким позиционированием продолжил Виктор.
− О… Да?!
− И эти сигналы побуждают мою инициативу. А она в свою очередь вызывает у тебя отчуждение, ты отдаляешься, замыкаешься. Грязный разговор − это имеющий все успехи способ перевести наши отношения в другую плоскость. Поэтому я предупреждаю, прежде чем ты пожалеешь о поспешности принятых решениях.
Мие было вовсе не обязательно зеркало: она и без него знала, что в её глазах загорелся сонм рисковых азартных огоньков. Вероятно, сегодня она испугалась настойчивости Виктора по причине глубокого чувства правильности. Но никакого результата, кроме успокоения собственной совести, не получила. Ей нравилось быть уязвимой. И теперь всё её существо требовало продолжить с того момента, где они с Виктором остановились.
− Понимаю, как моё поведение может быть истолковано.
− Коварная женская природа. Подразнить и улизнуть из-под пальцев.
− Я правда не специально.
− Не страшно. Ты же помнишь, инициатива − прерогатива по умолчанию моя. Так что ничего, если именно я задам её градус. Всё, что мне нужно − понимать, что я не втягиваю тебя в это насильно. Что ты хочешь этого сама.
− Я хочу, − заворожённо произнесла Мия раньше, чем успела осознать своё согласие. − Расскажи свою самую сокровенную фантазию.
− Нет.
− Тогда объясни, как ты собираешься секститься?
− Разумеется. Итак, грязные разговоры… Чаще всего они направлены на обмен желаниями…
− Я как будто слушаю подкаст. Будь чуть менее официальным. Просто говори о себе. Например, как твои брюки стали на размер меньше…
− Это ошибочная тактика ведения секстинга. В этом деле важно не просто заявить о своём желании. Важно довести партнёра до своего состояния, и ещё важнее − показать, что хочешь довести его до своего состояния. Многие мужчины неверно думают, что женщина заведётся от одного факта мужского возбуждения или иного способа визуальной демонстрации этого возбуждения. Но следует показать, что именно её желание тебе интересно. И нет сейчас ничего важнее, чем получить его.
− Ох, стоп. Как ты вообще зашёл на этот ответ?
− Описал идеальную для себя модель интимной беседы.
− А ты когда-нибудь пользовался этими методами «ничего так не хочу, как довести тебя до своего состояния», чтобы соблазнить какую-нибудь красотку?
Виктор с секунду помолчал, затем спокойно заключил:
− Многократно.
− Да какого… − возмутилась Мия, тут же засмеявшись. − Мог бы не говорить!
− Могла бы не спрашивать, − легко парировал Виктор.
− Да уж. Напомни мне в следующий раз не заводить тему о женщинах, а то больно сильно ты их любишь.
Мия улыбалась во всё лицо. Это было не новое, но головокружительное переживание − говорить с Виктором без стеснения. Как прежде.
− Для меня грязный разговор − это обмен фантазиями. Вы оба задаёте некий сценарий и следуете ему.
− Так тоже хорошо.
− Тогда расскажи свою самую заветную фантазию.
− Мия, − Виктор вздохнул, − есть в этом мире информация, без которой ты спокойно проживёшь.
− Какая у тебя прочная позиция! Я бы построила себе дом из неё. Люди могли бы делать бомбоубежища из твоей позиции, знаешь?
− Неугомонная.
− Да, это я.
− Доведётся ли мне услышать от тебя вопросы, не касающиеся сексуальной тематики?
− Это всё не в рамках интервью. Ладно. Хорошо. Тогда я начну. Хм. Такая сцена. Я путешествую автостопом, ты согласился меня подвезти. В конце пути обнаружилось, что у меня нет денег. Твои действия.
− Ничего страшного, подвёз и подвёз. Я люблю делать людям добро.
− Виктор! − Мия захохотала.
− А что ты хотела, чтобы я потребовал от тебя? К тому же, автостоп предполагает безвозмездную основу.