− Девочка моя. Нам нужно на минуту притормозить…
− Не уходи. Ты можешь продолжить…так… Я хочу…так…
Мия была раскалена до предела. Ноги согнулись на мужской талии, бёдра толчками устремились навстречу, буквально врезались в чужое тело. Из горла вырывались хриплые стоны, выдавая силу её желания. Но темп Виктора всё замедлялся.
− Моя девочка, − позвали с характерными сиплыми нотками. Мия опьянела от голоса у её уха − негромкого, мягкого, волнующе низкого.
− Не останавливайся! Продолжай, пожалуйста, слышишь?..
− Я очень хочу пойти дальше, поэтому отпусти меня на минуту…
− Всё нормально, я на оральных контрацептивах, − ей не хотелось обсуждать это сейчас, но иного выхода не осталось.
От задумчивости Виктор равнодушно ответил на новый поцелуй. В конце концов, в воздухе повис вопрос. Лишая момент неуверенной окраски, Виктор заглянул Мие в глаза.
− У тебя кто-то есть сейчас?
− Что? Ах, нет-нет. Дело не в этом! Просто так вышло, таблетки нужны вообще по другой причине, − не позволяя себя покинуть, Мия крепко прижалась к Виктору, млея от ощущения живого тепла и твёрдого торса между бёдрами. − Конечно же у меня никого нет. Иначе меня здесь не было бы. А у тебя кто-то сейчас есть?
Он улыбнулся. Кончик его носа прочертил линию по переносице Мии.
− Даже тогда я был бы здесь.
Виктор поймал сначала её верхнюю, затем нижнюю губу, кончиком языка размыкая их, проникая глубже. Пальцы принялись снова готовить Мию, гладить влажные складки.
Убедившись, что смазки достаточно, Виктор положил её ноги себе на талию. Как перед прыжком в воду Мия задержала дыхание, переживая волну сладкого предвкушения. Хотелось всей собой прочувствовать этот тонкий миг. На вход мягко надавила головка. Мия ощутила её приятную гладкость и тёплую шелковистость естественной смазки.
Не дожидаясь, когда утихнет вспышка первых впечатлений, она с силой сократилась. Виктор вошёл, встретив небольшое сопротивление её мышц. Чуть приминая пальцами кожу женских бёдер, он слегка качнул их на себя. Мия с готовностью подалась навстречу.
Её накрыло чёткое ощущение, что в жизнь вернулось что-то важное, дорогое ей. То, что она ждала целую вечность. То, что потеряла однажды и теперь снова обрела. Прямо сейчас с ней происходило нечто неземное, словно Мия никогда не делала ничего подобного. И вместе с тем, оно было знакомое ей, близкое, родное, то, что её тело хорошо знало и любило. Столь разные эмоции пронзили от макушки до пят, растормошили дремлющую силу. Мия испытала поразительное, настоящее, счастливое. Просто потому, что разделяла такой яркий момент с Виктором. Хотя и понимала, что именно он делал его особенным.
Растягивая Мию толчок за толчком, Виктор прокладывал путь в её тело. Постепенно оно привыкало к нему, к едва не позабытому ощущению его кожи, её текстуре, температуре и запаху, насыщенному на шее и груди. К его дыханию.
Их губы ласкали друг друга, пальцы искали лица, пробегались по волосам, скользили по спинам. Кожа пылала влажным жаром. Поцелуи становились ненасытнее, совершенно отчаянными, а рывки навстречу друг другу − порывистее. Но вскоре взятый вслепую торопливый темп стал слаженным и обоюдным. Их тела окончательно вспомнили друг друга и задвигались в том идеальном ритме, в котором сплетались множество раз прежде. Ими двигал условный рефлекс, мышечная память. А в ласках уже не было ни изучения, ни робости. Не дозируя страсть, они брали друг друга с низведённым до животного уровня желанием. Как два спущенных с привязи первобытных существа поочерёдно поднимались на уровень безумия друг друга.
Виктор лизал рот Мии, вызывая у неё стоны один за другим. Крепче насаживая на себя, он вжимал её грудной клеткой в матрас так сильно, что Мия была уверена: каждый мощный удар её сердца отдавался в его рёбрах. Из-за напора его веса у неё с трудом получалось полноценно вдохнуть. Но ей хотелось этой тяжести. Этой вынужденной изолированности.
Пробегающая по конечностям дрожь была Мие знакомой. Она потерялась в упоительном миге, и тут же была подхвачена волной приятной слабости. Следом её прошибло импульсом чужого удовольствия, словно Мия стала проводником для эмоций Виктора. Стон его отдался гудением на её губах.