Изучающий поцелуй двинулся по тонким изгибам ушной раковины, затем к ключице, чётко обрисованной ярёмной ямке и спустился к груди. Рот обхватил розоватый тугой сосок, подразнил его кончиком языка.
Расширяя территорию ласк, Мия пытаясь не обойти ни одного дюйма кожи, то нежно, то уверенно захватывая места на теле Виктора. Всякий раз он вознаграждал её усилия серией тихих удовлетворённых вздохов.
Подарив пространству от диафрагмы до пупка достаточно поцелуев, Мия переключилась на бока и вскоре вернулась к животу. Именно он премило вздрагивал от каждого касания, точно натянутая струнка.
− Милая… Ниже…
Мия послушалась и… миновав самую заинтересованную сейчас в ласке область тела Виктора, сдвинулась к его ногам. Она поцеловала острую коленку, прикусив и нежно оттянув зубами кожу.
Виктор поднял голову с подушки. Глаза его излучали необыкновенный свет.
− Ангел мой, что ты делаешь?
− Хочу тебя. Так что не вмешивайся и будь милым.
Горизонт осуществимых фантазий вдруг широко развернулся перед Мией. Её восхитило собственное намерение найти слабое местечко, когда Виктор этого меньше всего ожидает.
Ласка двинулась по бёдрам к покрытым негрубыми волосками икрам. Обнажённая кожа отозвалась мурашками. Мия поцеловала место рядом с коленным сгибом, прижавшись губами к плавной впадинке и выраженному тонкому сухожилию. Кожа здесь была необычайно гладкая. В любопытстве Мия лизнула её. Действительно очень гладко. Маленькая шалость пробудила сильную отзывчивость у Виктора. Он свистяще выдохнул, словно до этого не дышал. Мышцы его живота напряглись.
− Ты можешь быть ко мне чуточку добрее? − прозвучало с интимным придыханием.
− Что-то не припомню у тебя проблем с выносливостью, мой мастер. Ты учил меня послушанию и иже с ним…
− Так ты меня испытываешь?
− Да.
− Ты упоминала, что тебе не особенно понравилось быть главной.
− Не совсем так, мне не понравилось командовать, это сложно, − она качнула тазом, задев твёрдый член. Горячая волна тягуче-медленно мазнула её между ног. − Итак. Будешь вести себя хорошо?
− Полнейшее безумие, − фыркнул Виктор. − Нет!
− Думаешь, отдача мне сделает тебя смиренным, слабым, хрупким, непривлекательным, объектом глумления…
− Ты так это перечислила, будто это слова одного порядка.
− Ты разве не так считаешь?
− Разумеется нет. Откуда эта мысль, что есть обязательная корреляция между подчинением и унижением? Нет в моей голове такого узла, который думает, что я унижаю тебя, когда требую покорности. Я просто люблю твоё послушание. Оно значит, что ты полностью мне доверяешь. И именно это меня заводит. И я люблю испытания на прочность. Но во время них предпочитаю быть по другую сторону.
− А как же фантазия об амазонках? Полагаешь, они спросят, чего ты там хочешь?
Верхняя губа Виктора обнажала матовый блеск зубов. Затем он и вовсе бархатисто рассмеялся.
− Ты победила.
− Да?
− Исчерпывающее утверждение. Что ж, язык мой − враг мой. Отдаю тебе бразды правления.
Начав свою чувственную пакость, Мия не планировала остаться ведущей. Просто понимая усталость своего партнёра, она взяла инициативу на себя, чтобы распалить Виктора. Что ж, прекрасно.
Опустившись грудью на его грудь, Мия принялась целовать доверчиво предоставленные губы. Впрочем, односторонние ласки не продлились долго. Виктор начал горячо отвечать, а вскоре Мия почувствовала, как он направляет себя в её тело. Она слегка отстранилась. Опустила ладонь поверх пальцев Виктора, подвигала ею вверх-вниз, чтобы покрыть прозрачной вязкой жидкостью всю длину.
− Хочу посмотреть, − Мия убрала руку.
Глаза напротив стали немного колючими, но быстро затуманились. Перехватив себя поудобнее, Виктор благосклонно начал свою медленную ласку.
Он действовал без спешки и целенаправленности. Самоудовлетворение в его исполнении выглядело сексуально и завораживающе. Расслабленность во взгляде контрастировала с небольшим скепсисом. И всё же, Виктор продолжал. Он смотрелся так порочно, при этом − таким родным и близким. Мия почувствовала уже привычное щекотное покалывание в животе и на кончиках пальцев. Бесхитростный, но очень личный процесс самоублажения вызвал у неё обильное слюноотделение.
− Помоги мне немного. Покажи себя, − другой рукой Виктор очертил грудь Мии. Отдавшись соблазну, она позволила высвободить полукружье из чашечки комбинации. Виктор щупал, взвешивал в ладони. Дыхание его неуловимо изменилось, в глазах заплясали искорки. − Сними.