− Мой язык любви − это совместное время, определённо. Мне приятно быть в контакте с тобой. И мне бы хотелось стать к тебе ближе… вывести близость на новый уровень, если это возможно. Мне не достаёт наших… конкретных времяпровождений…
И снова она извергла поток околосмысленныой чуши, что могла быть истолкована невыгодным ей образом… В последний момент Мия подумала, что прямолинейное выражение чувств − это та же инфантильность, как и всё время терпеть. Две крайности. Два тупика. Но ведь лучшего момента заявить о собственной позиции представить сложно! Выражай свои чувства, сохраняя питательную среду отношений. И желательно отказаться от словесной прелюдии и серии туманных намёков, какими Мия обычно присыпала со всех сторон суть своей мысли. Будучи журналисткой, она хорошо знала: самые запоминающиеся части доносимой информации − начальная и конечная. Всё, что посередине, может фрагментарно оставаться в памяти, но как правило проседает. И если главное озвучено как бы между прочим, от откровенной беседы нет никакого толка.
Мия рассеянно погладила мужские руки, скользнула вверх к плечам, словно жест мог обозначить то, что никак не произносилось вслух. Виктор ждал, и ей пришлось продолжить:
− Что, если я загляну в душ, и потом ты… не знаю. Ты что-нибудь сделаешь. Мы с тобой давно не делали ничего такого, − она вдруг почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы высказываться. Но храбрость спасла её ненадолго. В отчаянии Мия слегка боднула Виктора в плечо и забормотала: − Я знаю, мне давно пора завести привычку выражаться прямо предназначенными на то словами…
− Удивительно, но на этот раз я тебя понял, − нежные губы коснулись её виска. − Я тоже соскучился по нашим, как ты изящно выразилась, «конкретным времяпровождениям»…
В воображении Мии уже дрожали и дробились сотни соблазнительных картинок, а в животе приятно потяжелело. Она всегда с нетерпением ждала вечеров, которые они с Виктором посвящали особенной стороне их интимных отношений.
Её здоровый дух любопытства и волнения подстегнул заманчивый шёпот:
− Жду через двадцать минут в спальне.
.
Он знал в этом толк. Узлы на её руках всегда держались крепко и надёжно, но не причиняя изрядной болезненности. Виктор чётко соблюдал баланс, в совершенстве чувствуя его границы.
Сидящая посредине кровати Мия проявила большой интерес к технике шибари, поэтому Виктор не отказался прокомментировать процесс:
− Ищем середину и делаем петельку. Затем одеваем её на руку и обкручиваем хвостик несколько раз. Остатками верёвки делаем ещё одну петельку, просовываем через руки, вытаскиваем, снова создаём петельку и продеваем её в другую. Из конца верёвки скручиваем последнюю петлю, накладываем сверху и затягиваем вот так, − кисти чётко сошлись вместе, − получаются наручники, которые легко развязать. Но не тебе, конечно же. Иначе было бы неинтересно.
Заметив на себе пристальный взгляд, он поднял глаза.
− Что?
Мия приблизилась лицом к его лицу, потёрлась губами о гладковыбритую щёку.
− Хочу тебя.
− Погоди, − хмыкнул Виктор, − от тебя потребуется терпение.
По коже целиком обнажённой Мии пробежался холодок. Сердце зашлось бесконечным набатом, точно стремилось вырваться из плоти.
− Отвернись и встань на четвереньки. Попу ко мне. Ближе, Мия. Ещё.
Уже знакомо её одолели волнительный трепет и всепоглощающая нежность к этому человеку. Две неизменные, два сопутствующих друг другу талисмана её отношений с Виктором.
Он обогнул кровать. В поле зрения Мии попали длинные как у пегаса ноги. Затем одно колено опустилось на матрас. Виктор поймал Мию за подбородок, требуя зрительного контакта.
− Поцелуй меня! − он склонился к её лицу, потребовав коснуться его губ. На них тут же появилась кривоватая острая улыбка. − Ещё.
Подчинившись, она снова поцеловала. Разросшиеся зрачки погрузили взгляд Виктора в абсолютную черноту.
− Чего ты хочешь, Мия?
− Делать то, что хочешь ты.
Он недовольно поцокал.
− На этот раз тебе придётся сказать мне.
Мия поймала себя на предвкушающем желании нырнуть с головой в эту игру.
− Мне нравится, как ты раз за разом раздвигаешь мои границы. Как, принося удовольствие себе, доставляешь его мне. Я хочу заслужить… твоё удовольствие.
− «Заслужить» − весьма многосторонний термин, верно? Заслужить можно как награду, так и наказание… в зависимости от твоей позиции.
С ленивой горячей томностью его руки начали блуждать по её телу, задерживаясь на особенно чувствительных участках. Мия не двигалась, позволив ласке и мягкому мужскому тембру окружить её со всех сторон, а чужой уверенности растопить до состояния жидкого воска.