Виктор вынул из упаковки презерватив. Кондом оказался маленьким, предназначенным для небольших секс-девайсов.
− Хочешь сама надеть? Или я?
− Ты.
Фаллоимитаторы тоже были небольшими. Один из них имел размер футляра губной помады. Второй был немного подлиннее.
− Садись, как тебе удобнее. Как ты обычно сидишь, когда ласкаешь себя.
Мия развела бёдра, опустив задницу с пяток на кушетку.
Всё, чем они занимались раньше, не было и наполовину таким грязным, таким очевидно откровенным. Сексуальный компонент в их игре обычно едва проходился по грани. Но теперь он явно стал её основным составляющим. Что ж, Мия ведь этого и хотела. И невзирая на правила, ей обещали компромиссы.
− С какого начнёшь?
Мия указала на фаллоимитатор поменьше.
− Это правильно, − похвалил Виктор.
Он надел на игрушку презерватив и передал её Мие. Неловко рассмотрев фаллоимитатор в своих руках, она подняла на Виктора глаза.
− Что? Смазка нужна, не так ли?
Вообще-то Мия ждала команду начать. Но и смазка не помешает.
− Используй слюну.
Мия попыталась смочить игрушку, но ничего не вышло. Во рту чудовищно пересохло.
− Нужна помощь?
Не поняв, о чём речь, Мия всё равно кивнула.
Виктор внимательно посмотрел на неё в немом вопросе: неужели и это ты сделаешь?
− Пожалуйста, − подтвердила она, понятия не имея, что просит.
Коснувшись её затылка, Виктор запрокинул голову Мии, склонился к её губам и едва коснулся их.
− Открой рот.
Мия тут же подчинилась, точно только этого и ждала. Её рот приоткрылся, выпустив слабый вздох.
Виктор нажал на уголок губ пальцем, а затем погладил её язык.
− Умница. Доверяешь мне?
− Да.
Мия ощутила на языке его слюну.
Виктор отстранился. Что-то странное и незнакомое промелькнуло на его лице, но он быстро взял себя в руки.
− Теперь плюй.
Фаллоимитатор тут же был покрыт слюной. Мия снова подняла взгляд, чтобы получить дальнейшие указания.
− Слюна имеет свойство быстро высыхать. Так что поторопись.
Опустив руки между ног, Мия погладила себя кончиком игрушки, слегка ввела её внутрь. Наручники не сковывали движений. Для того, что она делала, они почти не мешали.
− Включи её, − потребовал Виктор.
Ох, это вибратор. Мия нащупала пальцем кнопку на свободном конце игрушки и нажала.
− Настрой как тебе нравится. Как ты обычно предпочитаешь.
Мия усмехнулась про себя. Вибраторам не нужно много скоростей – почти всегда используется только одна. Самая быстрая.
Кнопок вибратор больше не имел. Значит, регулятор скорости шёл по его основанию. Мия оказалась права. Включив игрушку на полную скорость, она начала двигать кистью, пружинить бёдрами. В таком положении она не представляла из себя зрелище. Но возражений от Виктора не поступало.
Мия закрыла глаза, чувствуя, как тело откликается на вибрации. Она вряд ли смогла бы отключиться от ситуации настолько, чтобы кончить. Но ещё она была уверена, тело иногда — это просто тело. Оно реагирует на то, что с ним вытворяют. Поэтому Мия быстро стала влажной.
− Смотри на меня.
Мия распахнула глаза. Без стеснения и неловкости. Все методики по освобождению от рамок наконец-то подействовали на неё. Так что сегодня Виктор получит то, что хотел. Чего они оба хотели. Мия сделает всё.
Откровение, с которым она отдавалась, могло превратить её в мишень для насмешки. Она уязвима, зависима, она давала полную свободу действий над собой, разрешала ворваться в личное пространство. Но побочного эффекта в виде стыда больше не было. Наоборот, Мия ощущала себя очень сексуальной. И, неожиданно, желанной.
Она почти не мигала, отобрав у Виктора последнюю возможность покомандовать. Мия делала то, что велено. Всучила ему пульт управления от себя. Её манера подчиняться сегодня была дикой, почти агрессивной.
Виктор всматривался в её лицо, словно не хотел упустить важную деталь. На его скулах играли желваки. Ему что-то не нравилось. Он пытался справиться с собой, уговорить себя.
− О чём ты думаешь? — сказал он голосом, который всегда делал воздух густым, тягучим.
− Ни о чём.
− Ты просто животное? Действуешь на инстинктах, на механической похоти?
− Нет.
− Значит, ты о чём-то фантазируешь.
Как бы ему объяснить, что в такой ситуации невозможно держать в голове много мыслей? Всё происходящее в этой комнате обычно настолько яркое, настолько погружающее, что отвлечься на что-то другое почти невозможно. Как на виражных аттракционах здесь нет места мыслям.
− Ты занимаешься этим, когда тебя никто не видит, Мия?
− Да.
− Конечно.
Мия ввела в себя игрушку до самого основания. Теперь она казалась маленькой для неё.