− Я начала работу над твоей главой.
Она была уверена, Виктора заинтересует тема, и их беседа выровняется.
− Поговорим об этом позже, − равнодушно отреагировал он. − Сейчас ведь твоё время.
− Ну и что? Можем обсудить наше дело.
− Или обсудить другое наше дело. Если не против. Или предпочитаешь делать это только в комнате?
− Нет, подойдёт и здесь. А что нам обсуждать?
− Прошлый раз.
− И что с ним? — Мия слегка напряглась.
− Ты была потрясающей.
− А, − облегчение смешалось с неловкостью. − Да?
− Ты разве не поняла, что произошло?
− Что?
Виктор задумался.
− Так даже лучше. Значит, для тебя случилась вполне естественная вещь.
− Какая вещь?
− Ты теперь умеешь отпускать себя… Ты наслаждалась. По-настоящему. Без стимуляции. От одной порки. До самого пика.
Разволновавшись, Мия нервно заулыбалась.
− Откуда ты знаешь, что до самого пика?
− Подобное ты не умеешь скрывать. Во всяком случае, от меня. Есть мелочи, которые тебя выдают.
Мия всерьёз опасалось, что Виктор читает мысли. Вовсе не она ведёт себя очевидно. Просто этот человек умел пролезать под черепную коробку.
− Ты действительно любишь то, что с тобой делают. Тебя это возбуждает. Порка, подчинение и тому подобное.
Мие стало жарко. Она сжала коленями сложенные ладони и тихо добавила:
− Ну, думаю, дело не совсем в этом. Или не только в этом.
− А в чём же?
− Например, в тебе.
Виктор вопросительно прищурился.
− Дело в том, что именно ты делаешь со мной все эти вещи, − объяснила Мия. − Поэтому мне и хорошо.
− Что ты хочешь этим сказать?
− То, что по большей части меня возбуждаешь ты.
Мие стал надоедать этот пустой от непонимания взгляд.
Давай же, ответь что-нибудь!
− Ты ведь мне нравишься, − она скомкано усмехнулась. − Конечно, мне будут нравиться и твои прикосновения.
Что-то изменилось вокруг.
− Я тебе нравлюсь?
Напряжение сгущалось с каждой секундой. Несмотря ни на что, Мия ответила облегчённо:
− Конечно.
Лицо Виктора стало похоже на безжизненную восковую маску.
− И ты возвращаешься сюда из-за меня? Потому что тебе нравится, что именно я с тобой всё это делаю?
− Да. А ещё я скучаю по тебе.
Договаривая эту фразу, Мия уже понимала, что сказала что-то не то. Но отступать было поздно.
− Разумеется, ты нравишься мне, − она фыркнула. Ей приходилось объяснять такие банальные вещи. − Странно, что ты вообще этому удивляешься. Я свою симпатию всячески проявляла.
Виктор туманно смотрел на поверхность журнального стола перед собой, словно ему изнутри заслонили глаза. Под тонкой кожей на шее билась жилка.
− Так быть не должно, − заговорил он. − Одно дело, если я нравлюсь тебе в роли. Другое дело, когда симпатия выходит за рамки наших занятий.
− И что теперь? Вышвырнешь меня? — в голосе Мие прозвучала издёвка.
Виктор встал и сунул руки в карманы. На рефлексах Мия поднялась следом.
− Да. Уходи.
Нервный смех вырвался из её груди. Это такая шутка?
− Серьёзно, − перехватил он слово, что Мия не успела произнести.
Паника ожила внизу живота. Мия несколько раз осеклась.
− Что на тебя нашло?
− Озарение. Спасибо, что честно призналась во всём. Я не уследил за тем, что происходит. Снова.
− Можешь нормально объяснить? Без всех своих финтов!
Ей нравились его нетипичная речь и манера строить предложения. Но не сейчас. В этот момент была необходима прозрачная ясность.
− Если нужно развёрнутое объяснение, я его сформулирую. Немного позже. Сейчас тебе лучше уйти.
− Мы ведь ещё ничего не сделали даже.
− Не сегодня. Встреча отменяется. Идём, я тебя провожу.
Виктор направился к выходу. Поспевая следом, Мия бросила ему в спину:
− По-твоему, нормально так меня выставлять?
− Прости, − остановившись, сказал он с искренним раскаянием. — Уйди, пожалуйста.
Мие было плевать на тон. Вежливо или грубо её прогоняют — какая разница. Сам факт, что её выживают за дверь, бил наотмашь.
Припадок у него, что ли?
В тёмных глазах напротив не было ничего. Она безразлична ему. Вот он, спусковой крючок. Мия решила, что не задержится здесь ни на минуту. Схватив свои вещи, она вышла на улицу. Виктор последовал за ней.
− Где твоя машина?
− Нет её. Вызову такси.
Лицо его сделалось отчаянным, почти диким. Он едва сдерживался, хотя было неясно, от чего, и что так выводило его из равновесия. Мия уже однажды видела Виктора таким при похожих обстоятельствах.