Нет, перестань искать ему оправдания. Предрассудки, а не причины. Древние страхи, прямиком из детства. Выросшие до необъятных размеров.
− Я подскажу, что говорить в таких ситуациях, − Мия зло улыбнулась. − Четыре слова, и всё. И не нужно больше ничего выдумывать. Четыре слова. «Ты мне не нравишься».
− Но это неправда.
− Ты сказал.
− Нет. Я никогда не говорил, что ты мне не нравишься. И я никогда не говорил, что ничего не испытываю к тебе.
− Ты заявил, что всё это время был просто вежлив со мной.
− Не я это сказал. А ты. Я не соглашался с этим.
− Не опровергнуть — это согласиться!
− Нет. Это принять нейтралитет.
− Зануда, − простонала Мия с притворным возмущением.
Виктор усмехнулся.
− А ты избалованная девчонка, ты знаешь это? Никогда отказов не получала?
− Нет.
− И родители исполняли все твои детские желания?
− Точно.
Момент развеселил их ненадолго. Напряжение вновь повисло в воздухе. Двое стояли у своих стен и думали.
− Одного не понимаю. Зачем тогда ты возишься со мной, если я тебе безразлична?
− Ты мне не безразлична.
− Хорошо. Допустим, − Мия боялась потерять нить разговора. А с мистером-«переверну-всё-с-ног-на-голову» это бы вот-вот произошло. — Тогда всё дело в том, что девушки тебя обманывали, так? И теперь ты им не доверяешь.
− Отчасти правда. Не хочу больше зацикливаться на женщине. А по-другому я не умею. Нужно время научиться. Иначе однажды меня это уничтожит.
Виктор сделал шаг, оставив позади стену.
− Я уже сказал тебе главную причину. Я просто поступал, как должен был.
Такой неживой бесполый голос. Мие сразу перехотелось вворачивать лишние фразы о том, что их случай не подходит под шаблоны. А значит, Виктор ничего никому не должен.
− Не обязательно зацикливаться на женщине, − сказала она. — Это могли быть и здоровые отношения.
− Я не рассчитывал, что моя клиентка станет мне близка. И предпринял правильные действия. Это уже неважно. Ты дорога мне. Но сейчас неподходящее время.
Это не ответ.
Снова навалилась тишина.
Мия изредка поднимала голову, и Виктор отводил взгляд, как если бы его могли уличить в чем-то тайном, разломать на куски — стоит лишь присмотреться. Вот он, весь на поверхности.
Мия думала и думала.
В этом тёмном, угрюмом и придирчивом человеке сконцентрировалось то, что ей не подходило. Он просто обязан быть плохим для неё.
Ты не для меня, мой пятница. Мы начали с того, с чего не стоило начинать. Только для меня это не проблема.
Сколько времени потрачено, сколько надежд умерло.
Как можно было так вляпаться?! Как меня угораздило втрескаться в этого человека.
Мия засунула подальше себе в горло стон разочарования и вдруг испугалась вспыхнувшей догадки. Она посмотрела в тёмные глаза с неразделимой от зрачка радужкой.
− Ты чем-то серьёзно болен?
Уголок губ Виктора дёрнулся вверх. Он горделиво вскинул подбородок.
− Ну не настолько я клише.
Мия мысленно выдохнула. Как бы сильно она не обижалась, пожелать человеку болезни − слишком. Он ей не враг.
− Нет, всё со мной в порядке. Насколько мне известно, я абсолютно здоров.
Пытаться его завоевать — всё равно, что ломиться сквозь стену. На свете есть множество парней, которые подойдут ей больше, чем он. В этом Виктора не сложно превзойти.
Меня абсолютно не касается то, что ты там ещё недострадал. Безжалостно звучит. Но Мия не хотела проявлять к Виктору и его боли сочувствие. Позже. Она и так сделает это потом. Память обязательно подкинет ей воспоминания о том, как им было хорошо и как это могло продолжаться бесконечно долго. Но сейчас она хотела злиться.
Отвернувшись, Мия завозилась с кофейными чашками.
− Не волнуйся. Даже избалованная девчонка умеет принимать отказы. И я сдержу своё обещание и не стану бегать за тобой и преследовать тебя. Я вообще никогда ни за кем не бегаю. Просто хотела быть с тем, кто мне нравится. Но не вышло.
Виктор подкрался ближе. Мия заметила это, только когда оказалась в плену между столешницей и мужским телом.
− Нет у тебя причин для отказа, − сказала она. − Ты просто не хочешь, но боишься сознаться. Не знаю, почему. Слабость это или воспитание. Всё равно. Время вспомнить второе правило.
− О чём ты?
− У меня есть четыре правила по жизни. Стараться не строить ожиданий. Не осуждать и не оценивать. Принимать своих демонов.
− Это три, − заметил он.
− Ну, не всё тебе знать.