Виктор снова поцеловал Мию. Кончики пальцев расстегнули на ней блузку, скользнули под ткань, очертили талию. Затем пробрались в чашечки бюстгальтера. Виктор погладил, а затем нежно поцеловал каждую грудь. Она ему всё ещё сильно нравилась.
− Хочу отвести тебя в свою спальню. Можно?
Мия в смятении фыркнула.
− Её я ещё не видела.
Поддев нос Мии своим, Виктор побудил её поднять лицо.
− Так я могу?
− Да.
Да.
.
Опять внутри меня одни ураганы и штормы.
Сплошная глубина, и мир постепенно в ней тонет.
А я совсем одна − от этого так неспокойно.
Опять внутри меня всё время за тебя так сильно волнуется море.
А ты будь моим берегом,
Не то волны унесут меня в никуда.
Ты не дай мне утонуть, время как вода.
Ты не дай мне утонуть, время − океан,
Ты будь моим берегом.
Будь моим берегом…**
(с)
.
*Ocean Jet - "A Part of You"
**ЯАVЬ - "Берегом"
Часть 16. Ближе
If you lose your way, just take my hand
Если ты заблудишься, просто возьми меня за руку.
You're lost at sea, then I'll command your boat to me again
Если потеряешься в море, я прикажу твоей лодке вернуться ко мне.
Don't look too far, right where you are, that's where I am
Не смотри вдаль, ты находишься прямо там, где и я.
I'm your man
Я твой человек.
I'm your man
Я твой человек*.
(с)
Опора под ногами резко пропала. От неожиданности у Мии перехватило дух. Она цеплялась за плечи взявшего её на руки Виктора, выражая всё своё возмущение.
− Ты сказал, отвести в спальню, а не отнести. Эй!
Виктор сбавил скорость. Только так он мог удерживать протестующую девушку и продолжать идти.
− Отпусти, − Мия издала нервный смешок. − Ты меня уронишь.
− Ни за что, − горячие губы коснулись её шеи. Усмиряя, лаская.
− Я правда не люблю всё это.
− Ты полюбишь это очень скоро.
− Травмоопасные развлечения меня пугают. Знаю, чем это всё заканчивается. Впереди ступеньки? Отпусти, серьёзно, поставь меня на пол сейчас же!
Виктор выполнил требование только у дверей комнаты. Та, как и полагалось спальне, оказалась уютной, сумрачной, сонной. Место, где хочется отдаться в объятия Морфея. Светлые стены были покрыты тусклыми незамысловатыми разводами. Голубые, сиреневые, синие, они напоминали то ли горы, то ли клубы дыма, то ли башни из тумана. Странное дизайнерское решение. Но взгляд притягивало. Несколько картин развешены в нарочной асимметрии. На крючке двери висела джинсовая куртка. Из мебели в глаза бросились длинный книжный шкаф до потолка и большая кровать. Ворох из белоснежных подушек и пухового одеяла создавали на ней беспорядок. Но тот творчески вписывался сюда.
Мию усадили на край матраса. Сам же Виктор опустился на пол у её ног. Жест, который в исполнении кого-то ещё смотрелся бы карикатурно. Но Виктору он шёл. Мия дотронулась до его лица. Такого непривычно расслабленного. Виктор накрыл её ладонь своей, задерживая на себе желанное прикосновение. В ленивом наслаждении он поцеловал чувствительное местечко у пальцев. Другой рукой нащупал пуговицу на джинсах Мии, потянул собачку молнии вниз.
− А…
− Всё хорошо, − успокоил он. − Я не зайду слишком далеко.
С её плеч стянули блузку. Бюстгальтер, как самую раздражающую вещь во всей вселенной, Виктор забросил куда-то в дебри комнаты. Отыскать его будет непросто. Мужские ладони огладили грудь Мии с какой-то трепетной любовью. Уже такая знакомая ласка. Затем Виктор вернулся к джинсам.
− Приподнимись.
Мия подчинилась. Вслед за тканью брюк к щиколоткам спустилась толпа мурашек. Улыбнувшись, Виктор погладил ноги Мии. Ему заметно понравилась такая реакция кожи. Ведь именно он стал её провокатором.
Прильнув к Мие в настойчивом поцелуе, Виктор напирал всем корпусом. Мия медлила, не давая себя уложить на спину.
− Я просто хочу позаботиться о тебе, − не сдавался он.
Вот как ты это называешь. Забота. До неловкости милое определение заставило сердце частить.
Виктор по очереди приподнял стопы Мии, снял с них носки. Ладонь быстро легла между коленей, как ограничитель, не дающий им сомкнуться. Губы коснулись бедра.
− Мия… − в голосе − просьба, как и в каждом касании. Непрерывная мольба, точно устойчивые удары метронома. Пожалуйста. Пожалуйста.
С упрямой нежностью руки Виктора пробралась под ягодицы Мии, скользнули чуть выше, поддевая край белья. Но задержались. Такая искренняя остановка. Сильнее любых слов. Мия понимала эту просьбу. Дав стянуть с себя последний элемент одежды, она снова невольно свела колени.
− Пусти меня, − Виктор погладил её бёдра, живот. — Ближе. Пусти.
Замерев, Мия вспыхнула до корней волос. Её растерянность поняли неверно.