− Я любуюсь, вообще-то.
− Не надо усыплять мою бдительность комплиментами. Я каждый раз думаю, что они что-то значат.
Лицо Виктора стало строгим. Даже скулы будто ещё сильнее заострились. Он смотрел с холодным осуждением. Снова не поняв иронии.
− Мия, мы только что занимались сексом. Думаешь, это может значить что-то другое?
− Ну, мы не впервые это делаем. И, помнится, в прошлый раз ты заверил, что не хотел этого. Что просто сорвался и всё такое. Так что я не воспринимаю секс началом чего-то большего.
Виктор тяжело вздохнул. Мия догадывалась, сейчас её станут исправлять.
− Я сказал, что домогаться тебя было недопустимо, и мне не следовало так себя вести. Возможно, я жалел о случившемся по профессиональным соображениям. Но уверяю, я хотел этого.
Грудь Мии загорелась.
− Повтори.
Решив, что это шутка, Виктор усмехнулся. Он всегда видел юмор, где не нужно, и в упор его не замечал там, где он был.
− Давай! Хочу услышать наконец-то правду, почему ты меня трахнул тогда.
− Не используй этот грубый термин.
− Боже, − Мия взорвалась смехом, − ты точно самое большое клише, которое я встречала. «Не произноси это гнусное слово, оно не про нас. Не давай нашему акту единения такое уродливое имя…»
Виктор улыбался, наблюдая, как Мия хохочет.
− Какая критиканка.
− Я не отстану, − заявила она, успокоившись. − Итак. Почему ты это сделал?
− Потому что я тебя хотел, − просто признался он.
Победа! Уголки губ Мии дёрнулись.
− Хорошо.
Неужели ты сказал это вслух. Зато сколько отговорок нагородил поначалу. Все с обоснованиями, чёткие, до блеска вылощенные. Ни шагу в сторону.
Лицо Виктора было теперь совсем другим — оживлённее, мягче. Оно сияло внутренним светом. Резкая линия меж бровей пропала.
− Мне нравятся непохожие по характеру личности в тебе, которые каким-то невероятным образом уживаются друг с другом. Поначалу ты показалась мне такой суетливой в этом желании проявить себя милой, деликатной. «Ах, всё в порядке, я понимаю, не волнуйся, я могу подождать, пока ты закончишь». А потом ты была готова голову мне откусить за свои обиды. И ещё ты выглядишь очень нежной и хрупкой, почти невинной. И при этом ты такая «да, я хочу стоять на коленях, пока ты шлёпаешь меня флоггером».
Мия была уверена, она уменьшилась в размерах от смущения.
− Нельзя говорить такие вещи в лоб, мистер деликатность!
− Но ведь это правда.
− Мог бы и промолчать.
− Я не хочу молчать. Меня это в тебе приятно удивляет.
Он потянул её за руку на себя, чтобы Мия села.
− Особенная. Совершенно особенная.
И поцеловал. Затем его губы остановились, но не отстранились.
− Ты не имеешь ни малейшего понятия, с каким настырным, занудным и ревнивым типом связалась.
− Это ты ещё не в курсе, с кем связался. Я жуткая собственница.
− А я купил билет.
Мия ждала продолжения, но его не последовало.
− Я студентка.
− Что «я студентка»? — Виктор удивился.
− А что «я купил билет»?
Виктор чмокнул её согнутую в колене ногу и, поднявшись, подошёл к книжной полке. Перед Мией открылся обворожительный вид на поджарую голую задницу с ямочками.
Он подал Мие книгу Элизабет Гилберт. Но она узнала её ещё издалека по характерному корешку.
− Эм. Зачем? Я читала.
Виктор вздохнул и сел обратно на кровать. Конечно же, ничего не пояснив.
− Для чего тебе такой огромный книжный шкаф здесь?
− Ты меня осуждаешь?
− Это же спальня. Вроде сюда не ставят нечто подобное.
− Мне нравится давящее ощущение от этого шкафа. Он будто заглушает гул. В спальню я прихожу, когда хочу абсолютной тишины. И спать, разумеется.
− Так стоило вести себя тихо и не разрушать атмосферу молчаливого царства?
− Было бы несправедливо себя сдерживать, − Виктор улыбнулся. В глазах блеснул огонёк. − Тебе здесь можно даже неистово кричать.
Разговор приобретал возбуждающий мажор. Решив поддержать его, Мия просунула руки между перекладинами кованной спинки кровати.
− Решётчатое изголовье, − она захихикала. − Ну надо же...
Губы Виктора хитро изогнулись.
− Рад, что тебя это так повеселило.
− Такие ещё популярны? Разве мягкое изголовье не практичнее? Или твоя койка − спецзаказ для особого ценителя?
− Ты меня в чём-то подозреваешь?
− Брось. Не говори, что ни разу не воспользовался этим.
− Нет.
Мия закатила глаза, упав на спину.
Непрошибаемый.
− В спальне бдсмщика подобная кровать — клише всем клише.
− Ах вот оно что. Наконец-то ход твоих мыслей мне понятен. Нет, Мия. Я никого здесь не приковывал.