Сложив руки запястьями друг к другу, Мия доверчиво протянула их Виктору.
− Можешь делать всё, что захочешь.
Виктор завёл её ладони над головой, зафиксировав своими. Гибкое тело грациозно нависло над Мией. Но взгляд его сделался опасно мутным.
− Ты осознаёшь значение слова «всё»?
Это должно было если не напугать, то спровоцировать волнение. Но в Мие лишь проснулся интерес. Что таится за его оградой, где начиналось это «всё»?
Виктор внимательно рассматривал каждую чёрточку её лица. Никак читал мысли.
− А я-то полагал, у тебя незамутнённость уровня бриллиант. О чём ты вообще думаешь? Как можно было заподозрить нечто развратное в одном изголовье кровати?
− Я предупредила, ты не знаешь, с кем связался.
Живот не придумал ничего лучше, как издать стон раненного кита. Выпустив Мию, Виктор сел.
− Поищу, чем тебя накормить.
− Не парься. Я поем дома.
Он стрельнул в неё хищным взглядом. То ли предупреждающим, то ли игривым.
− Ах дома, значит.
− Я всегда предпочитаю уехать домой, − ответила Мия с напускной невозмутимостью. − Что ты так смотришь? Покувыркались и хватит. А то потом ещё передумаешь и вышвырнешь меня.
В ответ − усмешка.
− Полагаешь, я шучу? − Мия поднялась.
Виктор напряжённо следил за тем, как она собирала одежду по комнате. На долю секунды Мие показалось, они проводят какой-то эксперимент. Кто сдастся первым.
− Что ты делаешь? − не выдержал Виктор.
− Очевидно, хочу одеться.
− Зачем тебе это сейчас?
Мия загадочно хмыкнула, но продолжила искать свои вещи. Виктору быстро надоел этот цирк. Он поймал Мию за руку и заключил в принудительно-нежных объятиях.
− Ну что ещё?
− Превентивная мера. Чтобы не убежала.
− У тебя был шанс приковать меня к своей порнографичной кровати, но ты его упустил. И прекрати уже держать меня, я всё равно уйду.
− Ты останешься.
− Я? Здесь? Пф-ф. Нет.
− Да.
− Нет.
− Посмотрим.
Вернувшись на кровать, Виктор усадил Мию к себе на колени. Он заглядывал в её лицо снизу вверх, вёл ладонями по талии. Ощущение от прикосновения голой кожи к коже заставило Мию дрожать.
− Что с тобой такое случилось?
Виктор коснулся носом её волос.
− Побыл наедине с собой. Подумал.
Мия заправила его кудри за уши, залюбовавшись, как Виктор подставлялся её ласке, точно мурлыкающий кот.
− Я ещё не решила, стоит ли тебя прощать. Как ты верно заметил, позже я задумаюсь, что слишком быстро поддалась соблазну. Ты оказался прав.
Взгляд Виктора красноречиво горел. «Ты издеваешься надо мной?». Но Мия в самом деле издевалась. Это заводило.
Сев на край кровати, она стала надевать бельё, затем носки.
− Мия, − обманчиво спокойно протянул Виктор, − перестань одеваться.
− Не поеду же я домой голой.
− Никакого дома!
− Но я могу уйти, когда пожелаю. И не дожидаться, пока ты меня вышвырнешь.
Виктор повалил хихикающую Мию на матрас.
− Хватит уже говорить «вышвырнешь», − отчеканил он каждое слово.
Мия сжала между ног чужое бедро, потёрлась о него.
− Если останешься... − пальцы Виктора скользнули вниз, погладили через бельё. Затем отодвинули полоску ткани в сторону.
− То что?
Эротичность момента рассыпалась, потому что желудок Мии снова невовремя дал о себе знать. Виктор встал, натянул брюки.
− Предупреждаю, если критику в адрес моей спальни я ещё терпел, то осуждать мою еду настоятельно не рекомендую. Побудь тут, я скоро.
Одевшись, Мия снова осмотрела комнату. Такую же странную, таинственную, как и её хозяин. Взгляд упал на оставленную Виктором книгу. Ею явно не дорожили. Брали почитать в ванну, отчего страницы стали волнистыми. К одному листку и вовсе была прикреплена закладка-скрепка − паразит для книг. Мия открыла обозначенную страницу. Грифелем на ней были выделены строки:
«Есть отличный итальянский анекдот про бедняка, который каждый день ходил в церковь и молился статуе великого святого, умоляя его: "Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, сделай так, чтобы я выиграл в лотерею". Это продолжалось много месяцев, пока статуе наконец не надоело. Тогда она ожила, взглянула на просящего сверху вниз и с отвращением выпалила: "Сынок, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… купи билет"».
.
*Lana Del Rey - "Mariners Apartment Complex"
Часть 17. Вопросы и тайны
Здание издательства походило на старый музей. Внешний вид его навевал мысли, что это бывшая парадная резиденция королевской семьи. Фасад с двумя ярусами мраморных колонн, высокие тяжёлые двери… Но внутри всё оказалось не таким впечатляющим. Когда-то сияющий песочно-золотой фон помещения побледнел. Потолочные панели потрескались. С плинтусов и лепнин стёрся лоск. Сохранившая здесь архаичность уживалась с современной мебелью и техникой. Тут не хватало ремонта. Но в этой игре в богему и заключалась вся романтика дизайна.